Книга Последний мерзавец, страница 98 – Ольга Рузанова

Мой рейс снова откладывают на двадцать минут, и я безмолвно стону. Мне нужно быть там, рядом с ней, прямо сейчас!.. Ба, возможно, проживает свои последние минуты, а за тысячи километров от нее!..

В кармане кофты начинает звонить телефон. Вынув его, сбрасываю вызов от мамы. Собираюсь убрать его в карман, но он начинает звонить снова.

На этот раз на экране имя Ильи.

Меня обдает холодом и жаром одновременно. Вихрь эмоций подкатывает к горлу плотный ком.

Бешеная радость, омраченная жутким страхом услышать плохие новости.

— Да?..

— Снова отложили рейс?..

— Да, на двадцать минут. Я позвоню водителю, как только самолет сядет. – проговариваю охрипшим от долгого молчания голосом. – Как бабушка? Есть новости?..

— Лучше. Состояние стабильное.

— Правда?! – восклицаю я.

— Да.

— Ты видел ее?

— Нет, она пока в реанимации.

Горячая радость затапливает грудь и впервые за последние сутки дает сделать полноценных вдох.

— Но ведь стабилизировали состояние, да? Она в сознании?

— В сознании, да.

Женский голос объявляет посадку на мой рейс, и Илья, кажется, слышит это.

— Удачного полета, Милена… И мягкой посадки.

Сидя в самолете у иллюминатора, смотрю на проплывающие внизу облака. Теперь мои переживания поменяли тональность. Немного ослабшая тревога за бабушку уступает место волнению от скорой встречи с Ильей.

Мы ведь увидимся с ним совсем скоро. Возможно, даже уже сегодня. Он может приехать в больницу к ба или вечером в наш дом.

Мы увидимся.

Прикрыв глаза, пытаюсь настроить себя на шквал эмоций, которые обрушатся на меня совсем скоро. Сердце скачет в груди как заведенное, во рту пересыхает. Я пытаюсь нарисовать его образ в своей голове.

Самолет садится около шести вечера. Едва появляется связь, отправляю сообщение нашему водителю. Если не будет пробок, через полчаса он должен быть здесь.

Поэтому я не тороплюсь, пропускаю спешащих пассажиров вперед и выхожу в числе последних.

Меня не было в городе всего два месяца, а я уже и позабыла, что осень здесь традиционно наступает гораздо раньше. Горячая пора для дворников начинается уже в конце августа.

Ударивший в лицо сырой ветер, откидывает волосы назад. Хватаю ртом холодный воздух.

Небо после дождя ярко-голубое, а солнце отражается в лужах слепящими бликами.

Вынув из бокового кармана сумки футляр, привычно закрываю глаза солнечными очками.

А затем, спустившись с крыльца аэропорта, шагаю на стоянку, где меня должен встретить водитель. Однако вместо него, я вдруг вижу Илью. Мой взгляд врезается в его высокую фигуру и вышибает из легких весь кислород.

Застываю в десяти метрах от него. Он тоже не двигается.

Протянувшаяся между нами невидимая нить пропускает ток. Мое тело сотрясает дрожь.

Если бы я знала, что приедет он, вызвала бы такси.

Боже мой…

Если бы я знала, что приедет он, к посадке самолета, сошла бы с ума. Хорошо, что я не знала!..

Отмерев, неловко закидываю ремень сумки на плечо, делаю шаг вперед. Илья тоже.

Он почти не изменился, разве что волосы стали чуть длиннее, и на щеках появилась аккуратная щетина, прибавляющая ему возраста.

На нем белая футболка, кожаная куртка и узкие черные джинсы. Я же с одеждой немного не угадала, прохладный ветер продувает ткань толстовки и пускает по телу озноб.

Мы идем навстречу друг другу, и каждый шаг дается мне все сложнее.