Книга Последний мерзавец, страница 31 – Ольга Рузанова

— Иди в машину.

— Что?.. Почему?

Вижу, что момент прошел, его настроение сменило вектор на кардинально противоположный.

— Иди в машину, Милена.

Я ловлю ртом порывы свежего воздуха и перевожу взгляд на его спину. На месте сотканного из миллиарда огоньков ночного города размытое желтое пятно.

Закусив обе губы, киваю и бреду к его джипу. Забираюсь в салон и поднимаю с пола свою сумку.

Илья остается у бетонного парапета. Развернувшись и заложив руки в карманы, смотрит в сторону залива.

Я же, держась взглядом за высокий силуэт, изо всех сил борюсь со слезами. По венам растекается горькое разочарование.

Он оттолкнул меня. Почему?

Неприятно? Не понравилось?

Или вспомнил о своей девушке?..

Запустив пальцы обеих рук в волосы, отвожу их назад. Сознательно царапая кожу головы ногтями, пытась достучаться до своей совести.

Девушка!.. Он в отношениях!..

Боже!..

Совсем недавно точно так же он целовал ее на моих глазах!

Перенеся вес тела на другую ногу, Илья ерошит волосы и, развернувшись, идет к машине.

Небрежная походка, поворот голову, сведенные к переносице брови и упавшая на лоб светло-русая прядь – не могу перестать смотреть, даже несмотря на раздирающую горло обиду.

— Держись. – велит он, когда джип начинает медленно спускаться вниз.

Пару раз я вскрикиваю от страха, но Илья даже не смотрит в мою сторону. А как только мы выезжаем на трассу, прибавляет громкость музыки и, опустив стекло, закуривает.

Отвернувшись к окну, я молча глотаю слезы.

Никто из нас не пытается заговорить, пока его джип не останавливается у шлагбаума на въезде в поселок. Однако, перед тем, как уйти, я не выдерживаю.

— Не нужно перекладывать вину на меня! Ты сам этого хотел!.. Это была твоя инициатива!

Глядя на меня с водительского сидения, он молчит. На лице ни одной эмоции.

— Если тебе не понравилось, извини!.. – восклицаю хрипло. – Надеюсь, ты сможешь справиться с разочарованием!..

— Дура. – раздается ровно перед тем, как я хлопаю дверью.

Милена

— Ты надолго? – спрашиваю бабушку, когда она спускается со второго этажа с кожаным портфелем в руках.

— Три дня. Надо старые связи потрясти…

Я так боялась, что после смерти Льва Давидовича она резко сдаст, но случилось все с точностью до наоборот. У бабушки словно второе дыхание открылось, и вторая молодость настала.

— Удачи. А я сегодня вечером приглашена на отчетный концерт выпускников художественной школы.

— Я знаю.

Я закончила ее три года назад с отличием. Поступали предложения продолжить обучение в Москве, и затем там же выступать с известными танцевальными труппами, но я не решилась.

Искусствоведение и меценатство мне как-то ближе.

Однако в художественной школе на стендах «Наша гордость» до сих пор висят мои фото.

— Если захочешь погулять после концерта в городе, позвони Илье. Он присмотрит.

— Илье?.. – спрашиваю я, но бабушка выходит из дома и закрывает дверь.

Илье?

Что значит, присмотрит?.. Он сам-то в курсе?..

Упоминание его имени пробегается ознобом по спине и берет за горло невидимой рукой. С того дня, когда мы целовались на площадке с видом на город, прошло около недели. С тех пор мы ни разу не виделись и не общались.

Он жалеет, я понимаю. Я тоже, несмотря на то, что мне дико понравилось. Поэтому навязываться ему, чтобы он «присмотрел» за мной, конечно, не стану.