Книга Сведу тебя с ума, страница 36 – Ольга Рузанова

Смотрит на меня из-под тяжелых век, без привычной улыбки на губах.

— Мне поехать домой? — шепчу хрипло.

— Как себя чувствуешь?

Перевернувшись на спину, сгибаю одну ногу в колене.

— Нормально.

Макс двигается ближе. На нем черные боксеры, и в них явно не банан спрятан. Он снова хочет.

Коснувшись моих волос, он склоняется и мажет по моим губам. Затем ныряет рукой под одеяло и, убрав его в сторону, забирается под подол надетой на меня его футболки.

Мышцы промежности непроизвольно сжимаются.

— Болит?

— Да, немного, — говорю, глядя в его глаза.

Сжав грудь, принимается водить по соску подушечкой большого пальца. От него по всему телу электрические заряды разбегаются. Согнув в колене вторую ногу, стискиваю бедра. Становится душно.

Макс, коротко усмехнувшись, задирает футболку и, удобно устроившись, целует грудь. Смыкает губы вокруг соска и обжигает его горячим языком.

Я прогибаю спину.

Отстраняется, смотрит в мое лицо и переходит к другой груди. Облизывает ореолу по кругу и часто бьет по соску языком.

— Ма-а-акс…

— Ммм…

— Ничего не будет.

— Ничего не будет, — отзывается эхом.

Я уже хочу, правда. В низу живота ощутимо тяжелеет и схватывает несильными сладкими спазмами. Но… боюсь, что снова будет больно.

— Зачем тогда?..

— Я просто тебя потрогаю, — бормочет, скользя ладонью по моему животу вниз, — а ты потрогаешь меня.

Прежде, чем я успеваю что-то ответить, Максим сминает мои губы поцелуем. Раздвигает губы языком и проникает в рот. Целует глубоко — мучительно медленно и мучительно сладко.

Мои руки взлетают, чтобы обнять его шею. Отвечаю, полностью подстроившись под его темп.

Тело горит. Инстинктивно выгибаясь в такт движениям наших языков, жаждет еще больше его прикосновений.

Чувствую, как гладящая мой живот его рука, спускается чуть ниже и накрывает промежность через хлопковую ткань белья. Раздвигаю ноги, позволяя ему трогать. Не сдерживаю стонов.

— Мы можем попробовать, — шепчу, шалея от собственной смелости.

Я не ощущаю больше никакой болезненности. Она исчезла в один миг, там все тянет и ноет, но теперь уже от желания.

— Я поглажу тебя, а ты потрогай меня, Дженни.

Поняв, наконец, что он предлагает, киваю и тянусь левой рукой к его паху. Он очень возбужден. Твердый, как кость, член оттягивает боксеры и резинку. Я тяну ее вниз и освобождаю его. Словно отпружинив, он прыгает прямиком в мою ладонь.

Макс, часто дыша, смотрит туда.

— Обхвати его крепче, — просит, возобновляя движение своих пальцев у меня между ног.

Делаю, как велит, и пару раз провожу рукой вверх — вниз.

Данилов шумно выдыхает, а затем стягивает мои трусы до колен и погружает два пальца во влажные складки. Меня насквозь током пронзает. Тянусь к нему и языком его губы облизываю.

— Тебе приятно? — спрашивает тихо.

— Да…

— Вот так… — мягко надавив подушечками на клитор, принимается его медленно поглаживать.

Я сжимаю его член крепче и в том же темпе начинаю двигать ладонью.

Мне нравится. Мне безумно хорошо. Целуя его, лаская его, инстинктивно подаваясь бедрами к нему, я готова умереть, лишь бы это не прекращалось.

— А тебе?.. — спрашиваю в губы.

— Мне охуенно, Дженни… Я кончу в твою руку.

— А я в твою.

Боже.

Боже… я не верю, что это все происходит на самом деле. Лежу распластанная перед ним, с его языком в моем рту и его пальцами между ног. Возбужденная до такой степени, что готова умолять, чтобы он дал мне разрядку.