Книга Твой худший выбор, страница 65 – Ольга Рузанова

— Мы знали, что просто не будет, да?... Я честен с тобой.

— Да, я знаю...

— Ты, главное, не влюбляйся.

Кира

Я отшутилась. Я молодец.

Расстраиваться нет причин — у меня в запасе целый месяц. Кто знает, может по его истечению он сам влюбится в меня по уши. Я ведь достойна этого?...

— Слушай, можно маленький вопросик?... — спрашиваю, когда его машина выезжает за пределы города и начинает двигаться в противоположном от моего дома направлении.

— Валяй.

— Ты точно не маньяк?... Куда ты меня везешь?

— Я же сказал, смотреть самые красивые закаты?

— Ты шутишь? — настораживаюсь я, — Теперь не простишь мне эти закаты, да?

— Ласточкина гора, — произносит Данилов, — Слышала когда-нибудь о такой?

— Слышала, — припоминаю я, — Но ни разу не была. Ты везешь меня на Ласточкину гору?...

— Да.

— Ого!... — поерзав на сидении, я в нетерпении облизываю губы и пытаюсь вынуть из памяти все, что знаю о ней.

Кажется, это берег нашей реки, сплошь испещренный ласточкиными гнездами. Влюбленные традиционно устраивают там романтические встречи. Один парень даже возил туда нашу Лесю, а через неделю она его бросила.

— Придется немного прогуляться, а то моя феррари туда не заберется, — предупреждает Дэн, останавливая машину на укатанной колесами площадке, — Готова?

— Готова. Только кофту возьму.

Достою ее из сумки и повязываю на поясе.

— Идем.

Метров триста мы пробираемся вверх по узкой тропе между соснами. Данилов держит меня за руку, я немного волнуюсь. Через несколько минут мы оказываемся на берегу. Подувший с реки прохладный ветер ударяет в лицо и разметает мои волосы. Пахнет сырой водой и хвоей. А на горизонте, по ту сторону реки, в месте, где сходятся земля и небо, алеет закат.

Переливаясь оттенками от желтого до багряного, окрашивает собой все вокруг: темнеющее небо, густую гладь воды и даже ветки хвойных деревьев, заставляя их искриться микроскопическими вспышками огня.

— Боже!... — выдыхаю я пораженно.

— Нравится?...

Опершись обеими руками в парапет, я оглядываюсь и восторженно киваю.

— Впервые вижу такую красоту! Можно... можно я ее сфотографирую?

Торопливо, словно прекрасное видение может исчезнуть в любой момент, вынимаю телефон из сумки и включаю камеру.

— Сомневаюсь, что она сможет передать такое...

— Отключи вспышку, — Говорит Денис, подойдя сзади.

Прикоснувшись грудью к моей спине, он одной рукой обнимает меня за талию, а указательным пальцем второй нажимает на центр экрана и удерживает, пока не появляется специальный значок. А затем проводит им вниз и меняет тональность.

— Так будет лучше, — понижает голос до интимного, — Закат не пересветиться.

Мое дыхание вмиг разрывается в клочья, я глотаю воздух маленькими глотками и выдыхаю его порционно. Делаю несколько снимков и рассматриваю их.

— И правда...

Фото действительно получились шикарными, но мои колени вряд ли подкашиваются от их красоты. Касающееся меня сзади тело Данилова, его тяжела теплая ладонь , медленно ползущая с талии к животу. И обжигающее мою кожу горячее дыхание, от которого по ней разбегаются стаи мурашек — все это превращает меня из дерзкой, острой на язык девушки, в безвольную куклу.

Считав его желание, я отвожу голову в сторону и предоставляю доступ к шее. Порочные жадные губы тут же набрасываются на беззащитную плоть. Из моего горла вылетает тихий стон.