Книга Задачка на три корги, страница 87 – Си Джей Беннет

Чуть позже доктор Дженнифер Сазерленд в необычайном волнении стояла в Королевской Галерее, неподалеку от Южного крыла дворца, и ждала, пока к ней присоединится Ее Величество. Они пару раз виделись мельком, когда королева приезжала в Сент-Джеймсский дворец, чтобы посмотреть, как проходит подготовка к выставке. Но до этого момента доктор Сазерленд никогда не оставалась с королевой наедине. Стоя там, она посмотрела на свои брюки и снова пожалела, что сегодня надела их.

Дженнифер носила их уже третий день подряд, потому что других таких же удобных у нее не было. Дорогие, дизайнерские, из черного джерси-стрейч, брюки идеально сидели по фигуре, когда она их только купила, но сейчас они растянулись и смотрелись немного мешковато. А еще на них все еще осталось пятнышко от желтка, которым она капнула на штаны вчера утром и который тщетно пыталась отстирать в туалете.

Дженнифер Сазерленд, конечно, представляла себе встречу с Ее Величеством, но в ее мечтах она принимала из ее рук по меньшей мере орден Британской империи (или даже дамский титул) и была одета в полосатый костюм от Вивьен Вествуд и лабутены на головокружительной шпильке. Кроме того, свежеокрашенные волосы должны были быть с шикарной укладкой, а в зале должна была присутствовать гордая мать. Вот так, а не в пятницу в половине четвертого, в рабочей одежде и без видимой причины. Нил Хадсон говорил, что королеве совершенно не важно, во что она одета, но Дженнифер ему не верила. Королева – женщина, а женщинам не все равно! Они могут сделать вид, что их не интересует внешний вид собеседницы, но это совсем другое.

Единственное, за что Дженнифер совсем не переживала, так это за вопросы королевы. Как старший куратор, она была готова часами и во всех подробностях рассказывать ей о предстоящей выставке, посвященной венецианским видам. Она защитила докторскую диссертацию по городским видам Гран-тура^[56], по‑итальянски vedute, а Каналетто был самым известным художником, который их создавал. На самом деле, она была вне себя от радости оттого, что у нее есть возможность поговорить на свою любимую тему с самым известным в мире коллекционером.

И тут вошла сама хозяйка галереи: бойкая, невысокая, одетая в юбку, кардиган и туфли на невысоком каблуке. Она явно была в спокойном и веселом расположении духа. За ней маячил паж и за компанию шли две низкорослые собаки.

— Вы знали, что когда‑то здесь была оранжерея? – спросила королева, когда ей представили Дженнифер.

— Нет, но мне как раз стало любопытно.

— В противоположном крыле была такая же, так что эту построили для симметрии. Потом ее переделали в часовню, но во время войны на нее упала бомба.

— Никто не погиб? – спросила Дженнифер.

— Чудом никто не пострадал. Моя мать обрадовалась, что нас тоже бомбили, потому что после этого можно было спокойно смотреть в глаза рабочим из Ист-Энда. Но, конечно, было очень страшно. Она находилась во дворце, когда это случилось.

Дженнифер всегда восхищалась королевой-матерью. Когда во время войны королевской семье посоветовали спрятаться в Канаде, она написала: “Дети не поедут без меня. Я не уеду без короля. А король не покинет страну ни при каких обстоятельствах”. И когда повсюду падали бомбы, это были не пустые слова. Всего пара десятков метров вправо или влево…