Книга Задачка на три корги, страница 67 – Си Джей Беннет

Грейс Ошоди стояла у плиты. Как всегда в воскресенье. И как обычно, хотя Грейс и не ждала Рози в гости, еды для нее было более чем достаточно. Ей нужно было пораскинуть мозгами, а на пустой желудок думать трудновато. По крайней мере, Рози себя в этом убедила. До дома далеко, а мамин воскресный обед после похода в церковь – это что‑то.

Позвонив заранее и сообщив о своем приезде, Рози решила совместить прогулку до Ланкастер-роуд с тренировкой устного счета. Если верить досье, Синтии Харрис было шестьдесят три года. Скажем, на службу она поступила в двадцать два, получив диплом искусствоведа (предположим, что дядя Макс знает, о чем говорит). Получается, самое раннее, когда она могла попасть во дворец – Рози подсчитала в уме, – 1975 год. Звучит логично. Все правильно. Но почему голова продолжает гудеть, а по телу бегают мурашки?

“Когда она попала в отдел обустройства? – крутилось у нее в мозгу. – Почему никто об этом не рассказывал?”

Но Рози проигнорировала этот вопрос, купила еще один яркий букет, на этот раз для мамы, и бутылку хорошего красного вина.

Первые – просто волшебные – сорок минут ей казалось, что она никуда и не уезжала.

В столовой, служившей пристанищем пианино, трем гитарам, двум высоким книжным шкафам и телевизору с малюсеньким экраном, а еще столу, где свободно помещались шесть человек или восемь, если потесниться, семья готовилась к пиршеству. Аромат красного перца доносился из крохотной кухни, где каждое воскресенье мама готовила блюда, которыми можно накормить пять тысяч человек. Они с тетушкой Би, ее сестрой, готовили по очереди. Вместе с ней живут ее муж Джефф и сыновья, Ральф и Мики, с которыми Рози и Флисс росли вместе, как с родными братьями. Джо, отец Рози, сидел во главе стола, не отрывая взгляда от матча по регби, который шел по телевизору с выключенным звуком. Справа от него сидела молодая женщина, которую Рози видела впервые.

В ее присутствии не было ничего необычного. Пока ее отец собирал гитары, виниловые пластинки с танцевальной музыкой из пятидесятых и старинные карты лондонского метро – словом, все, что захламляет квартиру, – мама собирала людей. Воскресный обед без присутствия хотя бы одного старого друга или нового знакомого был, по мнению Грейс Ошоди, пустой тратой времени и оскорблением Божьей воли. Рози считала, что ее мать в некотором смысле напоминает королеву в Виндзоре или Балморале: она тоже делает все ради всеобщего веселья, приема гостей и приятного времяпрепровождения. Если работа позволяет, они обе не прочь пообщаться и посмеяться.

Последним дополнением к воскресному обеду была студентка по имени Еши Чоен, которая приехала из Бутана изучать политическую историю в магистратуре Лондонской школы экономики. Гостья едва оторвала взгляд от тарелки с едой, когда Грейс сказала: “Это Розмари, моя дочь”, и Рози это вполне устроило. Значит, можно спокойно поболтать с кузенами, наполнить тарелку рисом с тушеной говядиной, пробраться к стулу на углу и еле заметно отвоевать немного пространства для локтей.

— Так вы с Джаннет все еще вместе? – спросила она у сидящего справа от нее Мики, втайне радуясь, что ей удалось вспомнить имя его девушки.

— Угу, – пробурчал он в ответ, жуя тушеное мясо.

— А ты все еще в гордом одиночестве? – поинтересовался Мики, проглотив еду.