Книга Арсен Люпен, джентльмен-грабитель, страница 90 – Морис Леблан

— А, прекрасно! Я начинаю понимать… Только…Если теперь мне ясно, как можно выйти из этого зала, остается неясным, как Люпен смог в него попасть. Ведь, обратите внимание, он пришел снаружи.

Херлок Шолмс зажег фонарь и сделал несколько шагов по подземному ходу.

— Смотрите, весь механизм представлен здесь наглядно, как в часах, только буквы здесь видны с изнанки. Иначе говоря, Люпену оставалось только проделать то же, что проделали мы, но с оборотной стороны.

— Как это можно доказать?

— Как доказать? Видите лужицу масла? Люпен предвидел, что механизм потребует смазки, – сказал Херлок Шолмс с неподдельным восхищением в голосе.

— Значит, он знал, где находится другой выход?

— Да, как и я. Следуйте за мной.

— В подземелье?

— Вы боитесь?

— Нет, но вы уверены, что найдете дорогу?

— С закрытыми глазами.

Они спустились сперва на двенадцать ступенек, потом еще на двенадцать. Углубились в длинный коридор, кирпичные стены которого хранили совсем старые и относительно свежие следы ремонта, кое-где просачивалась вода. Земля была влажной.

— Мы идем под озером, – заметил Деван, по-прежнему нервничая.

Коридор привел к лестнице из двенадцати ступенек, за ней шли еще три пролета по двенадцать ступеней, которые они с трудом преодолели и наконец оказались в нише, выдолбленной прямо в скале. Дальше пути не было.

— Черт возьми, – прошептал Херлок Шолмс, – сплошь голые стены. Мне это не нравится.

— Лучше вернуться, – прошептал Деван, – я не вижу никакой необходимости в дальнейшем. Я вполне удовлетворен.

Но, подняв голову, англичанин облегченно вздохнул: у них над головами висел точно такой же механизм, как при входе в зал. Ему оставалось осуществить те же манипуляции с тремя буквами. Гранитная глыба сдвинулась. С обратной стороны она служила надгробной плитой герцогу Роллону, и на ней рельефными буквами было высечено слово «Тибермениль». Теперь они стояли в развалинах часовни, о которой говорил англичанин.

— «И мы идем прямо к Богу», то есть в часовню, – заявил он, приведя конец цитаты.

— Но неужели возможно, – вскричал Деван, потрясенный прозорливостью и живостью ума Херлока Шолмса, – неужели возможно, что вам хватило такой небольшой подсказки?

— Нет, – ответил англичанин, – мне она была совсем не нужна. На экземпляре Национальной библиотеки линия слева, как вы знаете, заканчивается кружком, а справа, что вам неизвестно, крестиком, но настолько стершимся, что увидеть его можно только через увеличительное стекло. Очевидно, что этот крестик и означает часовню, в которой мы находимся.

Бедняга Деван не верил своим ушам.

— Неслыханно, волшебно и так по-детски просто. Почему же никто никогда не разгадал эту тайну?

— Потому что никто никогда не соединял три или четыре необходимых элемента, то есть две книги и цитаты… Никто, кроме Арсена Люпена и меня.

— Но ведь и я, и аббат Жели, – возразил Деван, – мы тоже знали не меньше вашего, но, однако…

Шолмс улыбнулся:

— Месье Деван, не все люди наделены способностью разгадывать тайны.

— Но я-то пытаюсь вот уже десять лет. А вы – всего за десять минут…

— Ну, это только привычка…

Они вышли из часовни, и англичанин воскликнул:

— Смотрите, вон стоит автомобиль!

— Но это мой!

— Ваш? А мне казалось, что ваш шофер еще не возвращался.

— И впрямь… Интересно…