Книга Полая игла, страница 35 – Морис Леблан

Моим гостем оказался молодой человек с энергичным лицом, длинными светлыми волосами и короткой, чуть рыжеватой бородкой, разделенной посередине на два острых конца. На нем был костюм, напоминающий строгие одежды английского священника, и весь его облик был проникнут серьезностью и значительностью, вызывающей почтение.

— Кто вы такой? – строго спросил я.

И так как он не отвечал, снова задал тот же вопрос:

— Кто вы такой? Как вы сюда попали? Что вам здесь нужно?

Он поглядел на меня:

— Не узнаете?

— Нет! Нет!

— А вот это уже весьма любопытно! Ну, подумайте… один ваш знакомый… особый такой знакомый…

Я схватил его за руку:

— Ложь! Вы не тот, за кого себя выдаете! Неправда!

— Почему же тогда вы сразу подумали именно о нем? Ведь, может быть, речь идет о ком-то другом? – рассмеялся он.

О, этот смех! Звонкий и молодой, веселый и немного ироничный, так часто тешивший меня когда-то. Я вздрогнул. Возможно ли это?

— Нет-нет! – взволновался я. – Не может быть.

— Не может быть, что я – это я, потому что я умер, а вы не верите в воскресение из мертвых?

И снова засмеялся.

— Разве я из тех, кто умирает? Скончаться от пули в спину, выпущенной девчонкой! Что-то вы меня недооцениваете! Уж никогда бы не согласился на такой бесславный конец!

— Значит, это все-таки вы? – в волнении, все еще не веря, бормотал я. – Что-то я вас не узнаю…

— Ну тогда, – весело воскликнул он, – я могу быть спокойным: раз даже единственный человек, которому я показался в своем истинном обличье, не может меня узнать, то никто другой, увидев меня таким, каков я сейчас, тем более не узнает, даже если я буду выглядеть так, как на самом деле, хотя кто знает, как я выгляжу на самом деле…

Понемногу в голосе зазвучали знакомые нотки, послышался давно забытый тембр, я начал узнавать и глаза, и выражение лица, и всю его повадку, да и самого Люпена, чьи черты проступили сквозь маску, которую он на этот раз пожелал на себя надеть.

— Арсен Люпен, – прошептал я.

— Да, Арсен Люпен, – воскликнул он, поднимаясь. – Единственный и неповторимый Люпен по возвращении из царства теней. Ведь, говорят, я долго агонизировал, а потом скончался в каком-то склепе. Арсен Люпен, живой как никогда, как всегда деятельный, счастливый и свободный, задавшийся целью как можно полнее воспользоваться своей независимостью в том мире, где ему до сих пор сопутствовали везение и успех.

Теперь засмеялся я:

— Вижу-вижу, это, конечно, вы. Сегодня вы кажетесь повеселее, чем в тот день в прошлом году, когда я имел удовольствие видеть вас в последний раз. Мои поздравления.

Я намекал на последний его визит ко мне после истории с диадемой, на неудавшуюся женитьбу, на его бегство с Соней Кришнофф и ужасную смерть русской девушки. В тот день я увидел Арсена Люпена таким, каким не знал раньше: слабым, убитым, с полными слез глазами, жаждущим хоть капли симпатии и участия.

— Не надо об этом, – сказал он, – прошлое далеко.

— Это было всего год назад, – возразил я.

— Десять лет назад, – заявил мой гость, – в жизни Арсена Люпена год идет за десять.

Решив не настаивать, я переменил тему беседы:

— Как же вы все-таки вошли?

— Бог мой, да как все люди, через дверь. Не увидев никого в холле, я прошел в гостиную, вышел на балкон – и вот я здесь.

— Пускай, но ключ… У вас ведь не было ключа.