Книга Прелестная женщина: Записки судебного следователя, страница 56 – Михаил Фролович Чулицкий

Ввиду заключения экспертов, нашедших у него «некоторые дефекты психического сложения дегенеративного типа», судом было признано, что действия его, под влиянием алкоголя, не могли быть совершены в нормальном психическом состоянии, и поэтому он был освобожден от всякого уголовного наказания, но был выслан из Петербурга по распоряжению административной власти.

Финляндская уроженка, женщина средних лет, схоронив мужа, умершего от злой чахотки, осталась почти без всяких средств к существованию. К счастью, она нашла постоянную работу в мастерской дамских шляп. Тяжела и скучна была ее жизнь; единственной отрадой и целью в жизни был семилетний сын, за которого она готова была положить свою душу.

Она вечно дрожала за его жизнь: от больного отца не мог быть здоровый ребенок. Это было хрупкое, нежное создание; по внешнему виду он был больше похож на девочку, чем на мальчика; длинные вьющиеся локоны льняного цвета, который так часто бывает у финляндцев, тоненький голосок, узкие плечи и стройная талия настолько вводили всех в обман, что соседи удивлялись фантазии матери наряжать девочку в мужское платье.

Болезненный ребенок требовал постоянного за собой ухода, не отходил от матери и, пристрастившись к женским работам, скоро стал искусно владеть иглой и помогать матери в ее работе.

Прошло десять лет. За это время мать, хотя сама и не получившая образования, сделала все, чтобы дать образование сыну, однако учение далеко не пошло. Сообразно с годами вполне умственно развитой, понятливый, сметливый и способный, юноша по-прежнему физически был очень слаб, постоянные болезни и малокровие не могли в слабом организме поддерживать бодрости духа и развили изнеженность и лень. Слепо любившая его мать не имела стойкого характера и не могла принудить себя заставлять его приучаться к труду; тем не менее он все-таки ходил в школу и дошел до третьего класса, которым и закончил свое образование.

Насколько книжное учение шло плохо, настолько хорошо шло шитье, а в искусстве отделки дамских шляп он стал положительным артистом. Он обладал таким оригинальным вкусом, что выходившие из его рук шляпки трудно было отличить от парижских моделей.

Вдруг мать, вдвоем с которой он дружно работал, скоропостижно умирает. Он почувствовал себя совершенно беспомощным и одиноким, хотя у него и была бабушка, но это была дряхлая старушка, не всегда принимавшая даже его; ни материальной, ни нравственной поддержки ожидать от нее нельзя было.

Продав убогую обстановку, он поселился в одной комнате и не знал, чем заняться, что делать с собой. Случайно он встретился с одним из своих бывших школьных товарищей, юношей очень сомнительной нравственности, и близко сошелся с ним.

Как непривычного к упорному труду и избегавшего его, товарищу не нужно было долго уговаривать его присоединиться к компании молодых людей, живущих легкой наживой. От природы он был изобретателен на разные выдумки и имел изворотливый ум и поэтому явился желанным и деятельным товарищем. Скоро хроника происшествий стала обогащаться описанием разных ловких мошенничеств.

Как, однако, ни был он изворотлив, все-таки попался, был уличен и присужден к тюремному заключению.

В тюрьме, как страдающий грудной болезнью, он скоро попал в тюремную больницу. Скромный, неглупый молодой арестант возбудил симпатию к себе в лице больничного фельдшера, с разрешения последнего нашел себе занятия в тюремной аптеке и там оказывал помощь фельдшеру, помогая ему приготовлять лекарство для больных арестантов. Работая, он пытливо расспрашивал о действии и свойствах каждого лекарства, в особенности же интересовали его яды.