Книга Фактор Лилит, страница 82 – Джин Пайва

* * *

Вечернее возвращение пешком от Джеффа и Элизы доставило Бри огромное удовольствие. Заканчивать рабочий день вместе со всеми нормальными людьми, одновременно с ними приходить домой и готовить ужин, ложиться спать в настоящей темноте, а не с задернутыми занавесками, через которые пробивается утреннее солнце, – все это для Бри было атрибутами настоящей жизни.

Увидев в глазах мальчишки в кабинете Джеффа узнавание, она перепугалась, но быстро справилась со своим страхом. Ему нечего было сказать, разве что – «эта женщина видела, как я избивал соседского мальчишку, и пыталась вмешаться». Рискни он описать продолжение, было бы хуже для него самого.

Убеждая себя в неотразимости этих аргументов, Бри тяжело вздохнула. Вот еще одна причина радоваться нормальному рабочему дню. Больше не нужно болтаться по улицам ночью, в предутренние часы, когда всюду шныряют форменные подонки. Дружески махнув рукой соседке на противоположной стороне улицы, Бри свернула к своему подъезду.

Доставая ключ от подъезда, Бри заметила, что замок снова взломан. Она со вздохом подумала, что ей крупно повезет, если по пути не попадется пьяница, заснувший посередине лестницы. Опять она будет втянута в спор с собственной совестью – помочь или пройти мимо. Бри толкнула дверь и начала подниматься.

Она почувствовала приятный, сладкий аромат. Принюхиваясь, попыталась определить источник запаха. Слишком цветочный, слишком сладкий, чтобы иметь кулинарное происхождение, он никак не мог быть оставлен случайным пьяницей. В общем букете чувствовалась легкая нотка необычных специй. Корицу и гвоздику она выделила сразу – но была еще какая-то составная, возможно неизвестная ей. Слово «курения» внезапно всплыло у нее в голове.

Она резко остановилась, по ее телу пробежала холодная дрожь. В этом доме некому было зажигать курения. Несколько лет назад здесь водились умники, увлекавшиеся благовониями. Но то были обыкновенные палочки сандалового дерева, продававшиеся в каждом табачном киоске по соседству.

Аромат, разлившийся в воздухе, не имел ничего общего с обычными душистыми свечками или палочками, зажженными, чтобы отогнать дурные запахи. Это были настоящие курения. Кто-то молился – кто-то знающий, что такое настоящий обряд. Но никто из племени не жил в ее доме.

Жгучий аромат сгустился, стал тяжелей, насыщенней, наполнив ее легкие и затуманив мысли. Чувствуя слабость, она вцепилась в перила и только теперь заметила синеватую дымку в тусклом свете коридора. Запах становился все сильнее, и с каждым шагом Бри становилось все труднее дышать. Всепобеждающий аромат, теперь напомнивший ей дыхание умирающих цветов, переполнил ее легкие, заставил закашляться.

Резкий кашель вытеснил последние капли драгоценного воздуха из ее груди. Прокладывая себе путь вверх по лестнице, Бри заметила, что синеватая дымка превратилась в густой смог. Она не могла дышать этим отравленным воздухом, не могла разглядеть даже свою руку в холодном синем свете. Это было хуже простого дыма! Глаза слезились; кашляя, она пробежала последние несколько ступенек к своей двери. На ее лестничной площадке воздух был чистым – оазис жизни среди ядовитых миазмов чьей-то злой воли.

Майкл. Это дело рук Майкла. Когда Бри открыла дверь, у нее подогнулись ноги, и она торопливо опустилась в свое любимое кресло. Автоответчик мигнул, требуя внимания к записанным сообщениям. Бри тошнило, она чувствовала себя опустошенной. «Чем я могу помочь другим, если не знаю, как исцелить собственную плоть и кровь?»