Книга Фактор Лилит, страница 8 – Джин Пайва

Эд Хоторн, худой мужчина с редеющими белокурыми волосами, объект постоянного подтрунивания со стороны коллег из-за типичной для ученого рассеянности, никогда не отличался несдержанностью, но на этот раз и он дал выход своему негодованию:

— Вы не можете так поступить. Это вопиюще неэтично. Я не позволю вам присвоить наши открытия!

— Вы не понимаете нас, доктор Хоторн, – произнес из своего убежища в тени председатель очень спокойным, но требующим безоговорочного подчинения тоном. – Никто из нас не собирается присваивать ваши научные заслуги. Никто из присутствующих в этой комнате, или в ваших лабораториях, или еще кто-то, связанный со «Спиралью». Мы собираемся передать ваши открытия, всю вашу работу и проект в целом другому исследовательскому коллективу. Вот им и припишут ваши заслуги.

Наклонившись вперед, растерянный Джад Такер произнес относительно спокойно, но очень четко:

— Это неслыханно.

— Вовсе нет, – возразил председатель. – Это часто случается с открытиями такого масштаба, хоть и не обязательно, чтобы вы об этом слышали.

— Но почему? – спросил Такер. – Наше открытие существенней всего, на что вы могли рассчитывать в ходе работы над проектом «Спираль».

Фрэнк Джордан инстинктивно почувствовал, что сопротивление ученых слабеет. Он прошел вдоль стола и собрал лежащие перед учеными папки.

— Проблема в том, что вас никогда не посвящали в замысел «Спирали» полностью, – примирительно произнес Джордан. – Легко представить себе, почему вы считаете, что это открытие должно изменить ход исследований. Вы наткнулись на это направление, работая в указанной нами области и по нашему заказу. Большинство генетических исследований сосредоточено на клеточном ядре. Вам было предложено работать только над цитоплазмой, выделив клеточные включения, известные как митохондрии. Работая исключительно с ДНК митохондрий, вы установили, что коды МтДНК почти всегда отличаются от кодов ДНК клеточных ядер – даже в одной и той же клетке. Но это открытие, при всей своей перспективности, не является нашей целью. А наши исследования должны продвигаться в намеченном направлении, для которого было открыто финансирование проекта.

Билл Блейзер, до сих пор молча приближавшийся к точке кипения, наконец взорвался:

— Мы до сих пор представления не имеем, что… в чем заключается ваша… цель! Уж простите, что позволили себе отвлечься от нее из-за эпохального открытия.

Фрэнк Джордан немного помедлил на обратном пути к своему месту. Он выбрал это кресло сознательно – сидя напротив троих исследователей, он был как бы не просто оппонентом в споре, а главным представителем мощной и неизвестной противостоящей силы.

Председатель проекта, сидевший во главе стола, был одет в традиционный консервативный костюм-тройку и крахмальную белую рубашку с галстуком известной школы; среди сотрудников часто заключались пари относительно количества этих «школьных» галстуков, всегда в узкую полоску, одного и того же цвета, в гардеробе председателя, но победители так и не были установлены. Он воплощал собой движущую силу проекта и к тому же – загадочный источник финансирования, но его частые отлучки, когда заместителем оставался Джордан, и кажущееся безразличие к ходу исследований, за исключением единственного направления, сбивали служащих с толку и оставляли у них ощущение неуправляемости.