Книга Терра. Часть 2, страница 196 – Маргарита Боулес

— Да, я очень хочу стать мамой, родить наших детей. С тобой. Это же счастье, Самаэль, — Лиссаэль в воодушевлении рассматривала его потерянный вид. — Только представь… ты, я и наш малыш. Это мечта!

— В любой момент? — переспросил он, вспоминая тех маленьких крикливых розовощеких карапузов, которых ни разу не имел удовольствия держать в руках. — Точно?

— Это не выбор, а возможность… Так что скажешь?

Им предстоит множество испытаний, притирок и споров, но однажды новый день они встретят влюбленными и счастливыми, довольными и сытыми друг другом. Однажды и очень скоро она станет его истиной Королевой навеки любимой и единственной, а он будет сдувать с нее пылинки, восторгаться неземной красотой, любить так, как не мог поверить, что сможет. Однажды родится маленькая девочка с золотыми волосами и прекрасными фиолетовыми глазами, они назовут ее Аврора, и отец будет души в ней не чаять, носить на руках и любить свою маленькую кроху. Однажды Лиссаэль встретится с Велиалом и заметит обеспокоенный взгляд мужа, но не почувствует к бывшему любовнику ничего и поспешит успокоить своего ревнивого принца, истинного Повелителя ее сердца, а Велиал будет крайне удивлен, зная, что его жена, его Лисса, только в другом облике, часом ранее признавалась ему в любви. У демона возникнут множество вопросов, но он не решится их задать, не станет задавать, решая оставить все, как есть, не желая рушить их и свое счастье.

Тьма и Свет

Нижний мир

Фигура стояла в дальнем уголке Нижнего мира, и золотистый свет распугивал нечисть, но и притягивал посмотреть на Создателя сущего. Как насекомые летят к солнцу, так и Эль-Элион привлекал своей недоступной красотой, непомерной и необъятной, но твари не могли вынести его света и тепла, хотя ОН удерживал свечение и наблюдал за любимым сыном и за дочерью из темноты. И нечаянная слеза заблестела на скуле… Откуда она там взялась?

Ангел Ада и яркая солнечная девочка стояли, не разнимая объятий. Мужчина глазами искал подвох с возлюбленной, а она тянулась к своему сумраку, к своему принцу и Повелителю.

— ТЫ ПОТЕРЯЛ СНОРОВКУ, БРАТ. — Эль-Морта подхватила ногтем его слезинку и посмотрела на ее радужное сияние, покрутила и распылила на миллионы мельчайших частиц. Подплыла и встала подле. Ее струящиеся черные одежды были сотканы из облака живой тьмы и плавно перекатывались повсюду, а ярко-черные волосы тянулись до самого пола. Золотое и черное схлестнулись, создавая удивительные паттерны, перетекали и соединялись в черное золото. Почти-что юный облик девы мог обманчиво очаровать любого, подчинить ее воли и загипнотизировать своей детской непосредственностью, но стоило лишь ей заговорить и лик менялся, голос был низок, словно соткан из бархата и порока одновременно.

— А ТЫ ПРОИГРАЛА, — улыбнулся ОН, бросая на сестру едва уловимый взгляд. Глухой мужской баритон пробежал по скалистым сводам. — КАК ВИДИШЬ, ЛЮБОВЬ СИЛЬНЕЕ НЕНАВИСТИ, СИЛЬНЕЕ ТЬМЫ, ВНЕ ВРЕМЕНИ, И МОИ ДЕТИ ТОМУ ДОКАЗАТЕЛЬСТВО.

Она посмотрела на пару свысока и помолчала.

— БИТВА ТОЛЬКО НАЧИНАЕТСЯ. — Тьма сощурила глаза, и уголки губ растянулись в хищном оскале.

— НЕ ТРОГАЙ ИХ, СЕСТРА. ЭТА ЛЮБОВЬ — ИХ НАГРАДА, УБЕЖИЩЕ И НАДЕЖДА. ОТПУСТИ ЛИШЬ РАЗ.

— ТЫ ПРОСТИЛ ЕГО?

— ЕМУ НЕ НУЖНО ПРОЩЕНИЕ. МНЕ НЕ НУЖНЫ ЕГО ИЗВИНЕНИЯ. СЛОВА НЕ ИСПРАВЯТ НИЧЕГО. БЫЛО — ПРОШЛО, СТАЛО — НАСТАЛО, БУДЕТ — ВПЕРЕДИ. ТЫИ Я ВСЕГДА МЕЖДУ: НА ПЕРЕПУТЬЕ И НИКОГДА ПОРОЗНЬ.