Книга Второй шанс княжны Леи, страница 36 – Татьяна Этерра

— Я так и знал, что найду тебя здесь, — сказал он, подходя ближе. — Ты всегда приходишь к ним, когда тебе что-то нужно.

— Я прощаюсь с ними, — ответила Анна. — Мы уезжаем в столицу сегодня.

Олдрик кивнул, и в его глазах мелькнула тревога.

— Я знаю, — сказал он. — Дэмиан сказал мне. Поэтому я и пришёл.

Он подошёл к ней, опираясь на палку, и остановился рядом. Несколько мгновений они стояли молча, глядя на цветущие пионы, освещённые первыми лучами солнца, которые пробивались сквозь кроны деревьев. Тени от ветвей ложились на землю причудливыми узорами, а туман постепенно рассеивался, открывая утреннее небо, чистое и светлое.

— Ты научилась многому, — сказал Олдрик. — Но магия — это не только контроль, Лея. Это доверие. Доверие к себе, к своим эмоциям, к своим чувствам. Ты должна научиться слушать себя, а не только учителей.

— Я стараюсь, — сказала Анна. — Но иногда мне кажется, что я ничего не понимаю.

Олдрик усмехнулся и положил руку на её плечо. Его ладонь была сухой и тёплой, и в этом простом жесте чувствовалось столько поддержки и мудрости, что Анна почти поверила, что всё будет хорошо.

— Ты понимаешь больше, чем думаешь, девочка. Ты сильнее, чем ты знаешь. Я говорю тебе это не как учитель, а как человек, который многое видел.

Она обернулась и посмотрела на него. В его глазах, обычно колючих и насмешливых, сейчас было что-то тёплое и доброе.

— Спасибо, — сказала она. — За всё. За уроки. За то, что поверили в меня.

Олдрик смутился и проворчал: — Ну хватит, не надо сантиментов. Иди лучше позавтракай. Марта, наверное, уже испекла свои пирожки. А я пока… проверю, как там твои пионы.

Он развернулся и зашагал обратно к замку, но на повороте остановился и бросил через плечо:

— И Лея... береги себя в столице. Там не все тебе рады.

— Я буду, — ответила она. — И я вернусь.

Он ушёл, оставив Анну стоять в саду, где уже вовсю пели птицы, а первые лучи солнца золотили верхушки деревьев. Она ещё раз посмотрела на свои пионы и улыбнулась. Она знала, что они будут ждать её.

Анна вернулась в замок, чувствуя, как внутри разливается тихое спокойствие. Она прошла на кухню, где Марта, как всегда, хлопотала у печи, напевая что-то себе под нос. В воздухе пахло свежим хлебом и травами, и Анна почувствовала, как у неё заурчало в животе.

— А вот и наша путешественница, — сказала Марта, оборачиваясь. — Я уже думала, что ты решила остаться в саду навсегда.

— Я прощалась с цветами, — улыбнулась Анна. — Они тоже часть нашей семьи.

Марта усмехнулась, но её глаза были тёплыми.

— Садись, поешь. Я собрала тебе корзину в дорогу — пирожки, сыр, травяной чай, мёд. И шаль тёплую положила, там, в столице, вечера холодные.

Анна села за стол, чувствуя, как от этой заботы у неё на глаза наворачиваются слёзы. Она взяла кусок свежего хлеба, намазала его маслом и медовым вареньем — густым, янтарным, пахнущим летними травами — и откусила. Он был рассыпчатым, тёплым, тающим во рту. Рядом с тарелкой стояла небольшая глиняная миска с творогом, присыпанным сахаром, и сметаной.

— Когда я вернусь, — сказала она, прожевав, — я хочу заняться садом. По-настоящему. Разбить новые клумбы, посадить розы, может быть, даже фонтан починить.

Марта подняла на неё глаза.

— Это будет чудесно, княгиня. Я помню, каким был этот сад много лет назад... Он угасал постепенно, ещё при старом князе. Никто не ухаживал за ним, не было рук, не было желания. Но я вижу, как ты с ним говоришь, как он отвечает тебе. Ты сможешь вернуть ему жизнь. Только ты.