Книга Эльвендор-1, страница 47 – Маргарита Боулес

— Вы никогда не вмешивались в дела страны, лирая, — внезапно встрял какой-то толстый усатый мужчина в плотно сидящем пиджаке. — Вы ещё не королева и не имеете прав.

— Да, а кто тогда имеет? Указы подписываются от моего имени? — я посмотрела на свои ногти и холодно продолжила. — Подписи подделываете?

Министры переглянулись.

— Составьте новое соглашение, обговорите устраивающие обеих сторон условия сотрудничества даже в такой сложный период и принесите мне на подпись.

Я развернулась и пошла к дверям.

— Да и ещё, магистр Квир, расскажите лиару Дар Драггону о моём предложении, — напомнила старому умнику. — Моя идея не так плоха, не стоит сбрасывать её со счетов.

Я покинула собрание и направилась к себе, попросила Йоханну принести ужин и заперлась на засов, решив посидеть в одиночестве. Я смотрела на еду и плакала, прокручивая слова ведьмы и её приказ. Впервые кусок в горло не лез. Стук в дверь, заставил меня вздрогнуть.

— Анриэль? — знакомый голос. — Открой. Знаю, что ты там.

Я поспешно вытерла слёзы, промокнула под глазами платочком и подошла к двери, приоткрыла, но он бесцеремонно вклинился внутрь и вошёл.

— Что-то хотел? — была с ним намеренно груба, пыталась оттолкнуть, чтобы не связывался со мной, не хотела делать больно, но смотрела на него и хваталась за хрупкую надежду в душе, что получится избавиться от ведьмовских чар. Должен же быть способ?

— Ты плачешь?

— Тебе показалось.

Он осмотрел комнату и мой одинокий поднос на полу возле кровати, где я сидела, не заботясь о манерах.

— Мёрзнешь? — на полу стояло слишком много свечей. Вечерами в городе холодало, морозный ветер свистел за окном и наполнял мою комнату прохладой. Я любила свежесть ночи, но предпочитала тепло, поэтому и обставила возле себя волшебных свечей, сделанных в Файердоре, и грелась. Смотрела на эмблему красного дракона, и на душе теплело.

— Я же говорила, что не люблю холод, — ответила правдиво. — Ты зачем пришёл?

— Поговорить хотел.

Я обошла его и села на пол, скрестив ноги. Брови мужчины изогнулись в удивлении. — Хочешь? — указала на еду. — Присоединяйся.

Он закрыл дверь, а потом присел рядом со мной.

— Что случилось? — спросил он после нескольких минут молчания. Я ела фрукты с тарелки и хрустела корочкой хлеба. — Ты обиделась на вчерашнее? — осторожно напомнил он о нашей ночи.

— Нет, — покачала головой и не стала отрицать, что мне понравилось, настолько, что хочется повторить. — Я пытаюсь выжить, но не получается, — сорвался истеричный смех, и одинокая слеза упала на щёку. Вайя сегодня перегнула палку. — У меня тут война, узурпатор, больная на голову старуха, ответственность перед страной и остальная нездоровая канитель. А я хочу жить, Дар. Хочу любить, будь моя воля..., клянусь, я бы подарила тебе Лиалондор и улетела, сбежала бы отсюда.

— Куда? — в голосе прозвучали растерянные нотки и толика озабоченности.

— Не знаю, — я пожала плечами. — Уверена, что ты не такой плохой, каким тебя пытаются выставить все подряд, но я и помочь тебе ничем не могу. Я себе-то помочь не могу.

Посмотрела в его угольные глаза.

— Кстати, — вспомнила про девушку, что приехала в крепость. — Она классная.

— Кто?

— Ровейна.

— Ты поэтому такая? Из-за неё?

— Какая?

— Грустная.

— Нет. Вайя предупредила меня по твою душу. Иллюзий я не строю, Дар. К тому же эта старая грымза сделает всё, чтобы уничтожить меня, а потом и тебя.