Книга Ямада будет спорить, страница 73 – Марина Комарова

Хаято ставит передо мной тарелку с блинами, а Окадзава выкладывает нарезанные фрукты. Весь завтрак выглядит, словно на кулинарном шоу: идеальные золотистые блины, свежие ягоды, мёд, и всё это на фоне лёгкого аромата кофе. Я с опаской беру вилку, пробую первый кусочек. И тут же закрываю глаза от удовольствия.

— Это просто… невероятно вкусно, – выдыхаю, глядя на Хаято, который лишь пожимает плечами, как будто ему не впервой творить такие кулинарные шедевры.

— Рад, что понравилось, – невозмутимо отвечает он, но даже в его голосе слышится лёгкая нотка удовлетворения.

Акияма, видимо, замечает моё восхищение и добавляет:

— Хаято действительно отличный повар. Ты не знала? Он мог бы открыть своё кафе.

— Нет, не знала, – киваю, пытаясь скрыть удивление. Этот мир продолжает ставить меня в тупик. Якудза и… мастер по блинам?

Окадзава не отстаёт, пододвигает мне чашку кофе:

— Да. У Хаято талант.

Я делаю глоток и замираю. Это словно нежный удар по рецепторам: аромат глубокий, вкус насыщенный и слегка шоколадный. Не могу поверить, что вот так просто сижу, завтракаю в компании таких… экстраординарных личностей и ем лучший завтрак в своей жизни.

— А ты действительно ничего, – повторяет Акияма, усмехнувшись, явно наслаждаясь моим смущением.

Я закатываю глаза, а Хаято бросает на него хмурый взгляд:

— Перестань её дразнить. Она и так пережила слишком много за последние сутки.

Окадзава фыркает, но молчит, продолжая резать ещё что-то для себя. А я пытаюсь проглотить последний кусочек блина, стараясь выглядеть как можно более спокойно, хотя внутри ещё всё вверх дном.

Хаято ставит перед собой чашку кофе и, чуть опустив голову, тяжело вздыхает.

— Прости за весь этот хаос, – говорит он, скрещивая руки на груди. – Акияма иногда заглядывает сюда, когда хочет отдохнуть. В этот раз не предупредил.

Акияма фыркает и отмахивается:

— Да брось, я не мешал. Но да, ты прав, надо было сказать. Хотя… – Он усмехается, глядя на меня: – Кто знал, что тут будут такие неожиданные гости?

Стараюсь не поддаваться на его провокации. Вместо этого опускаю приборы на тарелку и выдыхаю.

— Хорошо, разобрались, – говорю я. – Но что мы будем дальше делать? Мне, между прочим, надо на работу.

Хаято с Окадзавой переглядываются. Окадзава, как всегда, сохраняет спокойствие, но его слегка приподнятая бровь выдаёт нечто большее. Хаято отставляет чашку и говорит:

— Что ж… Ты хорошая сотрудница, Ясуко. Поэтому… слушай.

Я чуть хмурюсь, потом исподлобья бросаю взгляд на Окадзаву, так как чувствую, что именно он сейчас будет центральной фигурой. Акияма с интересом смотрит на нас. Кстати, только cейчас заметила, что они с Окадзавой чем-то похожи. Неужели… родственники?

Но тут последний начинает говорить, и мне уже совсем не до их родственных связей. Потому что всё это звучит как… полное безумие.

Через некоторое время я сижу за своим рабочим столом, обложенная документами и с наушниками в ушах. На экране отчёты, которые нужно подготовить до конца дня. В офисе царит привычный рабочий ритм: кто-то спешит по коридору с чашкой кофе, кто-то обсуждает очередную презентацию, телефоны звонят, как всегда.

Я смотрю на свою клавиатуру, чувствуя, как пальцы двигаются по привычным клавишам, но в голове бардак. Сосредоточиться категорически не получается. После всего того, что произошло прошлой ночью, реальность кажется какой-то слишком обычной. Неправильной. Как будто я вот-вот проснусь и пойму, что это был странный сон. А может, и нет?