Книга Сбежавшая от бога, страница 19 – Марина Комарова

— Золотой росой? — переспросил я, прокручивая в мозгах полученную информацию и приходя к выводу, что раньше о подобном никогда не слышал.

— Да, — Алиайта кивнула. — Роса — это не вода. По характеристикам она ближе к расплавленному металлу, она выжигает на теле избранных печать, показывая их принадлежность королеве. И кровь… кровь избранных становится тоже золотой.

Я нахмурился. Бред какой-то.

— А с какой целью они это делают?

— Чтобы высвободить энергию тех, на кого упал её взор. Саламрад избирает только людей, кто по каким-то показателям выбивается из своего окружения, — последовал ответ.

— Хм… — Я подцепил подбородок Алиайты пальцами и внимательно посмотрел в кристальный медный омут не скрытого повязкой глаза. — И по каким показателям ты выделилась?

По лицу Алиайты пробежала тень, она чуть поморщилась, словно мысли об этом приносили боль.

— Меня в тринадцать лет начали обучать местные целители. — Её голос звучал тихо и хрипло. — Но все, к кому только я ни прикасалась — умирали. Умирали не сразу, а будто в их кровь проникал яд от каждого моего прикосновения и потом медленно убивал их изнутри. Эту закономерность заметили служители богов. Они же и отдали меня королеве.

Чем дальше я слушал, тем больше мне не нравилась эта история.

— Подожди, так происходило со всеми, кто с тобой был, или только с теми, кого пыталась вылечить?

— Вылечить, — ещё тише повторила она. — Поначалу я думала, что меня подставляют. Обмануть начинающую ничего не стоит, но потом Саламрад пояснила, что причина в…

Она запнулась.

— Я не знаю, как это объяснить правильно. Но чем бы я ни старалась помочь человеку, всё происходит наоборот, — голос Алиайты совсем затих на фоне дрожащего плача цитриновых песков.

— А в попытке погубить случается то же самое? — не мог не уточнить я, понимая, что влип по самое не могу.

— Я не пыталась! — Алиайта, кажется, была возмущёна подобным вопросом. — Мне хватало того, что происходило. Радости ни у кого такое не вызывало.

— М-да. Прости.

— …потом, — продолжила Алиайта. — Саламрад перенесла меня в свой мир, чтобы укрыть от золотых богов. Им не понравилось, что среди их народа блуждает смерть. Правда, перед этим я пробыла у них в темнице несколько недель. Меня бы давно уничтожили, если б только знали, как убить смерть.

— Ты хочешь сказать, подчинённые подняли бунт против своей хозяйки?

Мне почему-то слабо верилось, что в этой Вселенной кто-то мог пойти против воли королевы.

— Не все. Некоторые. Но этого хватило. Бунтовали те, кто мне до этого сделал печать. А когда они поняли, что произошло, было уже поздно. Умер один из золотых богов.

У меня появилась жуткая мысль, и я покосился на наших сопровождающих.

— А эти ребята подвластны тебе?

Алиайта опустила голову ниже, будто поправляя и без того натянутый на голову кхаарский капюшон:

— Да, — глухо ответила она, — как и все живые существа.

Ответить мне было решительно нечего. Ещё раз взглянув на Йурдага, я неожиданно ляпнул, лишь потом поняв, что этот вопрос можно было и не задавать.

— А где у тебя находится эта печать?

Очередной порыв ветра вырвал горестный стон среди симфонии плача Долины поющих песков. Дрожащие пальцы Алиайты дотронулись до золотистой повязки и тут же отпрянули. Песочный стон превратился в едва различимый жалобный всхлип. Тихий, детский. И я так и не понял, принадлежал ли он ветру и пескам или же моей Алиайте.