Книга Дорогой шеф, или Немножко нервно, страница 11 – Марина Комарова

Во рту стало сухо, я сглотнула.

— А это, — невинно сообщил Райский-Энгель, — наш контент-менеджер Арина Анатольевна. Вот с ней лучше и обговорить нюансы.

Шеф посмотрел на меня с обожанием. Причем настолько искренним, что я сама чуть было не поверила и не кинулась в его объятия. Но вовремя опомнилась и скромно шаркнула ножкой, опустив взор и чувствуя, что на меня теперь направили взоры оба мужчины.

Смотреть в глаза заказчику было… страшно. Отчаянным усилием воли я пыталась держать себя в кулаке и не показывать истинных эмоций. Сердце и впрямь норовило выпрыгнуть из груди, а коленки — подогнуться. Как у школьницы на свидании, ей-богу. Правда, реагировать так было совершенно ни к чему.

«Да-а-а-а, — скептически протянул внутренний голос, — конечно-о-о, расскажи мне тут».

— Годится, — произнёс низкий хрипловатый голос. — Я только за.

Ужас. Мой любимый тембр. На такие реагирую неадекватно. А ещё — это он. Тот самый незнакомец из «Афины». Так, Арина, соберись!

— Отлично, Эммануил Борисович. Арина — прекрасный специалист, с её консультациями мы будем как за каменной стеной, — расплылся в улыбке Райский-Энгель, и мне тут же захотелось придушить шефа.

От большой любви, разумеется. В жарких объятиях. Ибо если хвалят, то тут что-то нечисто.

Впрочем, тот продолжал изображать и впрямь райское создание (с его внешностью: белокурые кудрявые волосы, чистые голубые глаза и румяные щёчки — это вполне удавалось), готовое на любой каприз клиента. Только вот деталь: удовлетворять-то капризы мне!

— Присядь, — шикнул он мне, незаметно ткнув в бок.

Покорно выполнив волю начальника, я опустилась в первое попавшееся кресло и наконец-то подняла глаза на гостя. А он… он стоял напротив. Улыбки не было, но карие глаза — дорогой коньяк, пронизанный солнечными лучами, — смеялись. Помнит, разумеется. А ещё, кажется, прекрасно понимает, как действует на меня. Иначе бы…

Воздух вдруг показался страшно горячим, словно из декабрьской Одессы меня швырнули в знойное безветренное лето, где дышишь, да только надышаться не можешь. Вмиг окатило ужасом, что я не справлюсь с поставленным заданием, да и вообще судьба просто решила знатно поиздеваться, подсунув мне такое испытание.

Эммануил опустился в кресло. Мы смотрели друг на друга. Его рука лежала на столе Райского-Энгеля, мои — на коленях. Надеюсь, что не видно, как побелели костяшки пальцев оттого, что я отчаянно вцепилась рукой в руку. Кожу будто покалывало невидимыми иголочками. Напряжение, это всё оно.

Эммануил. Имя с претензией, под стать обладателю. С таким точно легко не будет. Ангел Р-р-р-р-райский, чтоб ты был здоров! Специально решил, что ли, под Новый год дать задание, с которым я буду пускать пузыри? Убью.

Эммануил приподнял бровь.

— Арина Анатольевна, с вами всё в порядке? — мягко спросил он своим непередаваемым голосом.

Я деликатно кашлянула в кулачок и улыбнулась как можно невиннее.

— Всё в порядке.

На самом деле всё совсем не в порядке, однако сейчас выбора не было. Поэтому, взяв себя в руки, я посмотрела прямо в глаза Эммануилу, поинтересовавшись:

— В какой сфере нужны мои консультации?

Зря я это сделала. Есть люди, которым смотреть в глаза надо запретить законом. Потому что вмиг теряешь волю и способность здраво рассуждать. И вдруг по телу прокатывается жаркая волна, а воздух куда-то исчезает из лёгких. Мыслительные процессы текут медленнее и начинают закручиваться спиралями, превращаясь в замысловатые фигуры, которые распутать невозможно.