Книга Мертвые берут наличными, страница 85 – Дана Арнаутова, Марина Комарова

— Мокхвагви больше не держит их. Они ушли. Куда должны были.

Из коридора вышел Геджин, почесывая затылок и зевая:

— Трогательно. Душевно. А теперь напомни, милый ты мой дух, как насчет долга?

Ендон чуть склонил голову:

— Я помню. Я отдам. Просто… не все сразу. Мне еще нужно набраться сил. И у меня есть дела, и в этом, и в том мире тоже.

— Мило, — пробурчал старик. — Только не исчезай, как в прошлый раз. А то я свечку тебе на могиле поставлю и скажу: «Тут жил, потом смылся».

— Обещаю, — тихо рассмеялся ендон, а потом добавил: — Спасибо. Вы стали мостом между теми, кто ушел, и теми, кто еще здесь. Не дайте себе разрушиться. Это редкий дар.

Джувон хотел спросить, что он имеет в виду, но ендон… исчез. Как будто растворился в утреннем свете, оставив после себя легкий запах ландышей и древесины.

* * *

Спустя пару дней стало ясно, что ритуал сработал. Зеркало, запечатанное и спрятанное, не подавало признаков паранормальной активности. Дом Геджина снова стал просто домом, пусть и не вполне обычным.

Старик пояснил, что в таком состоянии мокхвагви менее опасен, чем если попытаться его добить. Это может навлечь последствия, с которыми разобраться будет в разы сложнее.

А вот в детдоме все изменилось.

Дети начали спать спокойно. Больше не было ни тревожных пробуждений, ни истерик, ни шепчущих голосов в ночи. Даже самые чуткие воспитатели признали: атмосфера стала легче. Словно что-то убрали из самого воздуха, как бы это странно ни звучало.

Пэ Тэквона арестовали — дело о финансовых махинациях и использовании детского труда было почти готово. Свидетельства, документы, переводы на счета… Все это всплыло в ходе расследования, о котором Енчжу узнал из звонка Нам Чжэу.

— Этот директор, — говорил инспектор с характерной сухостью. — Не просто козел. А очень активный и системный козел. Прятал доходы, проводил детей через фиктивные программы. И, похоже, кое-что знал о «чистке помещений». Только не уверен, понимал ли он сам, что именно там чистил.

— Он знал, — мрачно ответил Енчжу. — И не только про деньги.

— Понимаешь, чем это пахнет? — хмыкнул Чжэу.

— Мистикой?

— Невозможностью доказать. Но ему и так хватит, чтобы сесть надолго.

«Если бы вы знали про мокхвагви, то потянуло бы на смертную казнь», — мрачно подумал Енчжу.

* * *

Вечером они снова собрались у Чо Геджина. Чай, кимчи, жареная курица. На этот раз продумали меню заранее.

— Ну, — сказал Джувон, — Пэ Тэквона взяли. Но все, что связано с мокхвагви… вне протокола.

— Не улики, — кивнул Енчжу. — Мы можем знать, но вот доказать никогда не получится. Если только не выложить видео, где оно вылезает из пола. Но даже тогда нас просто упекут в дурку.

— А психиатр, сошедший с ума, — протянул Геджин, — это же просто песня. Таблетки, галлюцинации, возможно… роман с креслом. Представляете заголовки?

— «Доктор видел куклу из ада. Теперь он общается с холодильником», — усмехнулся Джувон.

— Холодильник, кстати, не самый плохой собеседник, — фыркнул Енчжу. — Особенно если в нем есть соджу.

Они рассмеялись. Пожалуй, в первый раз за все последнее время в этом смехе не было ничего нервного. И соджу, конечно, в холодильнике имелось всегда.

Геджин потянулся, зевнул и сказал:

— Ну что, сопляки, может, вы теперь напомните, кто у нас главный? Кто потратил свиток, обжег руку, спас ваши задницы и колдовал в изоляционке?