Книга Мертвые берут наличными, страница 25 – Дана Арнаутова, Марина Комарова

На углу стоял ларек с выбитыми окнами и странным граффити: белая маска с пустыми глазами. На дереве висела черная лента. Возможно, после похорон. А может, после чего-то хуже.

Бр-р-р. Местечко то еще.

Домишко, к которому он пришел, выглядел как плод безумия и пренебрежения к архитектуре. Что-то среднее между чайной для своих и притоном для шаманов. Но хуже всего было то, что он выглядел… обитаемым. Словно кто-то внутри не просто жил, но и получал от этой жизни удовольствие. А еще знал. Знал, что к нему сейчас придет гость.

Стены были обиты неоштукатуренными досками, одна из которых прогнулась под весом прикрученного светильника. С крыши свисали амулеты — бумажные полоски с корявыми иероглифами, пара ржавых колокольчиков и… сушеная рыба в полиэтиленовом пакете. Душевненько.

Порог был скошен, дверь покрашена в зеленый цвет, от которого остались только воспоминания, уступив место серому.

— Здесь есть кто? — спросил Джувон вслух, не поверив сам себе.

Это выглядело не как место обитания экзорциста. Больше похоже на заброшенную подсобку, которую кто-то незаконно обжил и готов сдать нечисти по дешевке.

Не надеясь на рабочий звонок, Джувон постучал в дверь. Она распахнулась настолько резко, что пришлось отшатнуться.

На пороге стоял старик в ярко-оранжевой майке с надписью «И что ты мне сделаешь?» и в коротких шортах с пятнами, которых лучше было не касаться. Серебристо-седые растрепанные волосы не скрывали блестящую сережку в виде полумесяца. Одну, второй не имелось. Лицо морщинистое, с острым носом и цепкими глазами. Эти блекло-карие глаза смотрели на Джувона так, словно он уже надоел. Сильно надоел.

— Чего надо? — не слишком любезно поинтересовалось прекрасное видение, приложившись к бутылке соджу.

— Здравствуйте, — чуть поклонился Джувон, подозревая, что учитель попросту поиздевался над ним. — Мне нужен господин Чо Геджин.

Старик уставился на него, будто увидел козу, которая внезапно заговорила. А потом вдруг расхохотался. Да так громко, что с дерева неподалеку вспорхнула ворона.

— А! Дракон из серебряной башни! — проговорил он. — Да неужели ты живой? Ушел от этого крокодила? Надо же. Не скажу, что рад тебя видеть, но я в принципе никому не рад. Если бы знал, что придешь, не открыл бы.

Джувон оторопел от количества информации. Значит, этот… э-э-э… господин… в курсе его отношений с учителем Намом, был предупрежден и… и…

— Что там у тебя случилось, юный шаман? — как ни в чем не бывало спросил Чо Геджин.

— Я не шаман!

— Тебе показалось.

Джувон поперхнулся.

— В заначке кончились благовония? Пришел за советом? — продолжил собеседник.

— Ничего у меня не кончилось, — сквозь зубы процедил Джувон. — И я не за советом. Я просто…

Он запнулся. Признаться — это значило дать первому встречному (а именно — этому скрюченно-яркому чуду) власть над собой. Но развернуться и уйти — тоже глупо. Ну действительно.

— Мне нужна информация, господин Чо. Есть… случай. Сложный и необычный. И я был бы благодарен, если бы вы…

— О-о-о! — Геджин театрально вознес руки к небу. — Нечто необычное⁈ — Он демонстративно потряс бутылкой с соджу. — Мне срочно нужно сесть и заварить чай, чтобы пережить это потрясение.

— Но это не… — начал Джувон.

— Если не разбираешься в чае, птенец, то и молчи.