Книга Луна и драконы, страница 83 – Марина Комарова

Если так всё и повернётся, это будет однозначно интересно.

Внезапно за моим окном раздались чьи-то голоса. Мы с Ла-гуа переглянулись. Я быстро вскочила со стула, так как это было крайне неудобное место. Если вдруг придётся давать отпор, то нужно пространство.

Голоса стали громче. Женский и мужской.

Я по стеночке подкралась к окну и замерла, стараясь не дышать. Поначалу было ничего не разобрать, но потом осознание пришло само. Свет мой Солнцеглаз, это же Пайтун и Атхит! При этом она явно чем-то сильно опечалена.

— Понимаешь, от него нет вестей. Последний раз письмо пришло только после отбытия на Край света.

— Сестра, возьми себя в руки. Думаешь, есть время на… – Атхит умолк, словно не хотел этого говорить. – Пайтун, скорее всего, ему действительно сейчас не продохнуть. Мы были в боях. О любимой можно думать, но никак не писать.

«Угу, прямо вижу, как сядет император посреди боя… Кругом крики, смерть, звон стали, хрипы раненых… А он давай писать любовное письмо», – хмыкнула я.

— Атхит, не стоит меня держать за дуру, – мрачно ответила Пайтун. – Это весточки о том, что он жив, а не то, что ты подумал.

Я нахмурилась. Так, это уже интереснее.

— Вот что получается, – прошептал мне на ухо подлетевший Ла-гуа, – Вонграт шлёт тебе полное ничего, в то время как с Пайтун держит связь. Ну… держал.

Брат и сестра, словно сообразив, что здесь не лучшее место для разговора, ушли. Жаль, я бы ещё послушала с удовольствием. Заложив руки за спину, я начала мерить шагами комнату. Значит, вот что у нас получается… Хотя о чём это я? Ничего не получается. У него любовница и проблемы. Не до жены. При этом проблемы плана: умер или только собрался.

Я шумно выдохнула.

— Ла-гуа, не летай без дела, подскажи лучше, с чего мне начать. Только не так, как Солнцеглаз.

— Гад он, – прочувствованно сказал Ла-гуа. – Но с этим мы разберёмся. Ничего страшного.

Прозвучало не очень убедительно, поэтому, всё поняв по моему лицу, он продолжил:

— Решаем вопрос с землями кланов. Потом с призраками.

— А где тут император? – мрачно уточнила я.

— А должен быть?

Я потеряла дар речи. Нет, допустим, Солнцеглаз может себе позволить божественное сумасшествие и делать всё, что пожелает, забавляясь простыми смертными, но и Ла-гуа туда же?

— Тебе не кажется, что это как-то… бесчеловечно?

— Бесчеловечно бросать незаконченные дела, – мудро заметил он. – Подумай о своей судьбе, Сойлинг, если Вонграт вернётся. Тебя он не любит. Ты – его жена только из-за договорённостей между вашими отцами. Учитывая твоё знание о, не побоюсь этих слов, готовящемся заговоре, это опасно. Скорее всего, Вонграт об этом узнает, а тогда церемониться не будет. Хочешь быть пронзённой его мечом?

— А ты умеешь поднять настроение, – пробормотала я. – Однако что, если я с ним договорюсь? Я ведь не собираюсь забирать у него трон.

— Ты не собираешься, зато есть толпа тех, кто это сделает с удовольствием.

— Так почему бы не перерезать толпу?

— А сил хватит?

В дверь постучали. Я встрепенулась. Ла-гуа метнулся к зеркалу и замер в позе нарядного лотоса, только что покинувшего головное украшение.

— Госпожа, можно войти? – донёсся голос Тийи. – Я принесла всё, что нужно для банкета.

— Заходи! – крикнула я.

Тийа впорхнула с перекинутой через руку корзиной любопытного вида: деревянной, прямоугольной, разрисованной причудливыми животными. Здесь такие вещи почему-то величали именно корзинами, хотя в моём представлении это был скорее ящик, который можно носить.