Книга Я у мамы зельевар, страница 8 – Марина Комарова

Айварас Каус — дипломированный некромант, завидный жених, владелец дома… Мечта, а не мужчина. А ещё… мой сводный брат, с которым мы грыземся от души по любому мало-мальски значительному поводу.

В своё время моя матушка Гражина Торба безумно влюбилась в красивого и молодого колдуна, оставила родную Польху и перехала в Латрию. Молодой и красивый колдун вскружил ей голову, закружил в водовороте страсти вот-вот появится маленькая Торбочка.

Матушка, как полагается обманутой честной девушке, немного пострадала, послала парочку проклятий на голову нерадивого колдуна и осталась в Латрии — обустраивать зельеварческое дело и воспитывать дочурку. В конце концов, местные её приняли очень хорошо и помогали чем могли. Так я и росла до четырнадцати лет.

А потом матушка встретила Мита Кауса — энергичного торговца артефактами из Лиритвы. Искра, вспышка, ураган — свадьба. У Мита был сын старше меня на шесть лет — Айварас. Уже тогда он окончил академию и поступил на государственную службу. Ох, и бегали за ним все соседские девчонки! И не соседские — тоже. Одна я восприняла его как приложение к отчиму, которому, кстати, очень симпатизировала — он относился ко мне как к родной.

На тот момент мой характер оставлял желать лучшего (Айварас и сейчас скажет, что я не подарок, но он просто зануда), поэтому ссорились мы постоянно. Братец не мог принять, что какая-то мелочь не воспринимает его, прекрасного и великолепного, а мелочь не могла понять, почему вообще должна кого-то воспринимать.

— Итак, зачем я тебе понадобился в два часа ночи? — любезно поинтересовался Айварас, отходя от меня и беря со столика изящную кружку, чтобы сделать глоток.

Поди там какой-нибудь навороченный чай с травами, собранный во время полнолуния обнаженными девственницами. Вечно выпендривается, даже если рядом никого нет.

— Ты мне нужен как гробокопатель, — самым невинным голосом отозвалась я.

Айварас подавился и закашлялся. Так тебе и надо. За моей спиной хихикнул Муррис, до этого изображавший памятник самому себе.

— Ядвига, кого ты уже успела убить? И почему, как угощать плюшками, так идёшь к противному соседу, а как прятать тело, так ко мне?

— Нормальный сосед, ты просто завидуешь, что тебе не достается плюшек, — не смутилась и снова поморщилась. Чтоб я ещё решила падать в кусты! Эта белобрысая сволочь наставила там садовых гномиков, чтоб «было красиво»! Конечно, кусты не для того, чтобы туда влетали внезапные родственницы, но вдруг ночь, страсть, давай-прям-здесь? А тут эти гномы! Стоят и смотрят! И неудобно, и неприлично. Это уже не удовольствие в уединении, а мероприятие в коллективе!

Я опустила руку с банкой и взболтала жидкость, тут же засиявшую зеленоватым светом. Понюхала — мята, мелисса, мёд. Ага, восстанавливающее. Сделала глоток и зажмурилась от облегчения. Златовласая, как хорошо!

— Ядвига, хватит театральных пауз. — Айварс явно начинал злиться. Вон, руки на груди сложил, в глазах вспыхивают синие молнии, хотя морда кирпичом — так внушительнее.

— Речь о моём арендодателе пане Орбасе, — деловито начала я, понимая, что тянуть больше не стоит. — Я его точно не убивала, но по тому, как до него не могут дойти листики, его убил кто-то другой.

— Совсем не доходят, — поддакнул Муррис.

— И? — уточнил Айварас, многозначительно замолчав.