Книга Я у мамы зельевар. Держись, столица!, страница 64 – Марина Комарова

Откуда-то потянуло холодом. Он невидимыми пальцами коснулся моих волос, скользнул по шее, провел по позвоночнику. Я вздрогнула, завертела головой, но никого вокруг не увидела.

— Вы это чувствуете? — прошептала я хрипло.

Принц Интарс напрягся. Судя по тому, как он впился пальцами в подлокотники, то этот холод чувствую не только я.

— Кто здесь? — произнес он голосом, от которого почему-то захотелось залезть по диван.

Кажется, это и есть эта магия королевской крови. Можно напугать только взглядом и словами. Рассказывали, что они знают какой-то секрет, чтобы даже так убить человека. Однако… сейчас я была не против такой защиты. Если страшно мне, то, возможно, испугается и тот, кто сейчас здесь находится кроме нас.

Занавески шелохнулись. Я еле слышно выдохнула, глядя на них по все глаза, потому что…

— О Златовласая, — прошептала, понимая, что никто этого не услышит, мой голос был тише даже мышиного писка.

Возле окна из тьмы и ледяного холода медленно соткался человеческий силуэт. Первое время казалось, что четкие только очертания, а внутри пляшет метель из светящихся синих снежинок.

Некоторое время, я смотрела на все, не в силах даже выдохнуть, не то что произнести хоть слово.

Чем больше проходило времени, тем четче становилась фигура. Женская фигура. Лица было не разглядеть, вместо него — танцующая тьма с синими всполохами.

— По… помогите, — выдохнула она. — Мне… очень… нужна ваша помощь.

Я осторожно приблизилась. Всего на один шажок, но принц Интарс тут же сжал мой локоть.

— Не стоит, — произнес он, не отводя взгляда от незнакомки. — Призраки бывают разные.

— Призраки? — эхом повторила я, не в силах смотреть на что-то другое. — Разве они не прозрачные?

Звучит прямо по-идиотски, но лучше спросить и узнать, чем молчать и не знать. Я ждала чего угодно: фырканья, презрительного взгляда или искривленных губ, но ничего подобного не последовало. Наоборот послышался спокойный ответ:

— Все верно. Обычно призраки прозрачны. Но те, кто с проклятием, либо по какой-то причине привязан к реальному миру особыми чарами, выглядят именно так.

Девушка протянула к нам руки. Я нахмурилась. В какой-то момент мне показалось, что я вижу перекинутую на грудь косу. Глупости какие, откуда у призрака коса?

«А ты прямо специалист по призракам», — ехидно заметил внутренний голос.

Оставалось только поджать губы, потому что… ответить нечего.

— Помогите мне, — снова произнесла девушка. — Я знаю, что не имею права просить об этом, но вы моя последняя надежда.

Голос мне тоже как-то знаком. Кажется, после пережитого, я начинаю немножко сходить с ума.

Принц Интарс чуть прищурился:

— Кто вы?

— Раньше… — Она умолкла, словно не решаясь продолжать, но потом все же сжала пальцами ткань призрачного платья и произнесла: — Раньше меня звали Дзидра. Дзидра Межгинес.

Я чуть не села. Вот тебе куку. Говорили-болтали — сели-зарыдали. Уж кого-кого, а её я встретить никак не рассчитывала.

Внутри медленно начал разгораться огонь жажды мести.

— То есть сначала ты меня обвинила чуть ли не в государственной измене, меня посадили, теперь мы здесь по…

Призрак сложил руки в молитвенном жесте.

Я резко замолчала. Говорить не получалось. Хотелось просто махнуть рукой и зайти за спину Интарса. В конце концов, он тут принц и одно из первых лиц Латрии, пусть и разбирается.