Книга Я у мамы зельевар. Держись, столица!, страница 11 – Марина Комарова

Хотелось большего. И совершенно не выбешивали ни её неугомонность, ни занудный черный год, ни плотоядный цветок у окна. Трогает мой безумно дорогой артефакторский стол — ради Ловкорукого. Решила перелезть через него — помогу. Хочет продавать не пойми что — тоже не проблема.

Выводило из себя только одно: высокий рыжий огненный маг. То есть изначально гончар из семейства Раудисов, а теперь — маг. Я не был слепым, видел, как они смотрят друг на друга. И этого делалось на душе мерзко.

Кристап на удивление не умничал, просто смотрел с пониманием.

— Как думаешь, — внезапно начал он. — А что, если нам на выходных съездить в Ельняс?

— Зачем? — приподнял я бровь.

— Да так… все равно надо понимать, что делать с лавкой. Или оставишь себе её, на старости лет будешь торговать артефактами?

— Жизнь прекрасна и удивительна, — философски ответил я. — Никогда не знаешь, чем она обернется.

Предложение неплохое, чтобы отвлечься. Мы оба прекрасно, знаем, что Ядвига где-то в столице, поэтому вряд ли будет случайная встреча. Но вот посмотреть, осталась ли на месте мастерская Раудисов — это уже интересно.

Прекрасно понимаю, что это очень глупо, но… кто сказал, что мы ведем себя разумно, когда речь идет о симпатии? Как ни странно, я с этим сумел смириться после первой юношеской влюбленности. Спасибо Ловкорукому, никогда не терял разума, но прекрасно понимал, что девушки любят милые безумства. Поэтому залезть к ней ночью с букетом цветов, а потом удирать от взбешенного папаши — это не «о ужас, как дурак!», а «прелесть, какой романтичный!».

Другое дело, что надо понимать, какую романтику любит конкретная девушка. Там от прелести до дурака один шаг. А то и меньше.

— Съездим, — кивнул я и, поколебавшись, добавил: — И заедем в Ельняс с окраины, чтобы проехать дом уважаемых пани Жойдь?

На этот раз поперхнулся Кристап.

Да-да, мой друг, думаешь, я слепой и не понимаю, к чему это все? Нет, помочь хочет Кристап искренне, но в то же время никогда не упустит возможности узнать и то, что нужно ему самому.

А ему надо понимать, осталась ли пани Василина или же уехала в Ридзене вместе с Радой? Заодно и разобраться, шагнула ли последняя дальше в знакомстве с этим белобрысым некромантом, как же его… Айварас Каус — какой-то там брат Ядвиги. Не мужик, а картинка из бабских романов. Даже шрам на шее какой-то картинный. Панночки смотрят и томно вздыхают.

Он явно заинтересовался Радой, а та и не против принять внимание. В конце концов, девушка свободная. А то, что Кристап скрипит зубами, ну так то его проблемы.

— Проедем, — сквозь зубы произнес Кристап, сдавшись. — Всё ты видишь.

— Давно тебя знаю, — заметил я.

Кристап закатил глаза и только шумно выдохнул. И то верно.

— Что можно было найти в этом Каусе? — проворчал он.

— Красоту и деньги, — хмыкнул я, выливая остатки кофе. Отличный, кстати, надо почаще забегать. — А учитывая, что все он заработал сам, то, скорее всего, и мозги.

— Ты так говоришь, словно его защищаешь.

— Нет, но глупо отрицать очевидно.

Кристап приготовился возмутиться, но я сказал быстрее:

— Это не значит, что стоит опускать руки.

Обычно после этого следовало ещё что-то, Кристап не мог, чтобы за ним не осталось последнее слово, но… Сейчас он напряженно смотрел куда-то за мою спину и меня толком и не слышал.