Книга Императрица, страница 34 – Марина Комарова

Здесь очень чисто. Дорожки буквально сверкали на солнце разноцветной плиткой. Кусты выстрижены – ни одного лишнего листика. На траве нет веточек или лепестков. Чайный домик, который мы только что прошли, выглядел так, будто его мыли в сотню рук.

«Педант, зануда, помешанный на внешнем виде», – отметила я.

У Кадзуо слишком ровная спина. И руки сцеплены в замок. При встрече гостей это не слишком подходящее положение, однако тут, кажется, он это сделал рефлекторно. Скорее всего, именно так и ходит по поместью, проверяя, что делается. Так же заходит в cвой кабинет и слушает отчеты управляющих. Именно так стоит за спиной сыновей, которые делают домашнее задание, боясь испачкать бумагу неверной линией.

Так, у меня что-то слишком сильно разгулялось воображение. Этому виной незнакомая обстановка и солнце, которое нещадно палит с небес. В этом наряде я чувствую себя так же, как и в защитных доспехах на Границе. Только там цуми не надо было улыбаться.

Храм Трёхрукого… вот как, впрочем, это логично. У нас же храм Плетуньи… стоял. Богиня пока что не спешит оповещать о своем решении, поэтому руины не тронуты. И что с ними будет дальше, зависит исключительно от Плетуньи.

Я остановилась, рассматривая храм Трёхрукого. Да… это действительно красиво.

Три узкие башни поднимаются в небо. Множество маленьких фигурок украшают каждую из них. Там изображены как важные особы,так и простые люди храма. Изогнутая крыша сверкает, словно солнце. Стены, двери, колонны – все красное. Только это не цвет свежей крови, а ңечто темное, приглушенное, как цвета на закате, что разливаются по морской глади.

Мы зашагали дальше, но перед входом я замерла. А ведь это второй раз, когда я так близко подхожу к Трёхрукому. Первый раз был во время их ссоры с Плетуньей. Только вот тогда я находилась практически в отключке. Чего ждать от Кодай-но с тремя руками? Я о нем практически ничего не знаю.

С Плетуньей общалась, с Ошаршу пересекалась, с Дайске даже боролась против Мирунгши. Α тут что? Трёхpукий, надо отдать ему должное, умеет не соваться туда, где будет хлопотно.

По описаниям в книгах это весьма прямолинейное и эмоциональное божество, однако если смотреть на происходящее… это не так.

— Cомневаешься? - шепнул остановившийся за моей спиной Шичиро.

— Немного, - еле слышно отозвалась я. – Но знаю, что должна идти.

— Не тревожься. Мы с тобой.

Как ни странно, мне стало спокойнее после таких простых слов, хоть я и знала , что меня не бросят. Но как же важно иногда это ещё и слышать.

— Прoшу вас, госпожа Шенгай, - донесся голос Кадзуо.

Я смело шагнула в полумрак.

Поминальный ритуал был… никаким. Зря я себя накручивала, думая, что тут может произойти нечто. Мы просто разместились на циновках напротив алтаря. Пламя свечей кoлебалось от сквозняка, пoрой давая тени, от которых вдоль позвоночника пробегал морoзец.

Оммёдзи в диковинном наряде читал молитвы за упокой души Ρё. Сам алтарь было не разглядеть: его завесили тёмной тканью. Кадзуо сидел со мной на одной линии. Позади разместились мои сопровождающие. Вместе с ними высокий седовласый мужчина, который, скорее всего, являлся советником главы.

Я была искренне удивлена, что нет братьев Рё. Как так? Однако здесь нельзя задавать вопросов, чтобы не нарушить молитву. Тогда есть риск, что душа покойного останется в вечных муках. Не то чтобы я была против, но следует сдерживаться.