Книга Шаманка, страница 43 – Марина Комарова

Архивариус поджал губы. На его лбу блеснули бисеринки пота.

Невооруженным глазом было видно, что он хочет скрыть правду, но не знает, как это сделать. Зато знает, что сейваненам не лгут. А если всё же осмеливаются, то потом бирюзовая волна рёку скрутит до белых звезд в глазах, выпьет всю жизненную энергию и швырнет высохшим трупом.

— Их… забрали.

* * *

— Старый хлыщ не собирался говорить правду, — мрачно произнес Сант, когда они уже направлялись к шахте по заброшенной тропинке, откуда можно было попасть на территорию добычи.

По главной дороге уже ходили — ничегo толком не понять. Точнее, опечатано всё, люди туда соваться желанием не горят. Можно применить слово императора, тогда всё вскроют, но Эйтаро не спешил бросаться в омут, не подготовившись как следует. Если там столько же цуми, cколько в Землях Проклятых, то их так просто не остановить.

Ему не давал покоя вопрос, почему наследница не предприняла до сих пор никаких действий?

Варианта возможно два: Аска Шенгай настолько тупа, что не знает, что делать, и предпочитает прятаться в своём поместье, и… она просто не знает. Ей не докладывают всю нужную информацию.

После разговора с архивариусом Эйтаpо понял, что тут за круглые ше отдавали, что хотели, тем, кто готов был платить. Его пришлось хорошенько встряхнуть, припугнуть сиянием Золотого Благословения, чтобы услышать правду.

Пришли господа. Щедро заплатили. Забрали два свитка.

Он скулил долго, стоя на четвереньках и не смея поднять голову, чтобы взглянуть на обоих сейваненов.

Эйтаро брезгливо поморщился.

Тварь. Как есть тварь. Продавать то, что тебя кормит, чужим. Нужно обладать безграничной жадностью и совершенно не обладать мозгами.

Что ни говори, но Ямато Шенгай сделал так, что вся cистема работала. Без главы клана и правящей семьи ничего не сломалось. Но, как оказалось, начало здорово гнить изнутри.

Свитки они забрали. И увесистые расчетные книги. Всё нужно было изучить.

— Тут не спуститься, — мрачно изрек Сант, оглядывая навалеңные друг на друга камни. — Рискуем сломать шею.

— Наши шеи слишком ценны, — хмыкнул Эйтаро, поднял руку, чтобы направить рёку и снести камни, и… замер.

Сант покосился на него.

— Что-то не так?

Эйтаро помолчал, потом качнул головой.

— Не в этом дело.

И всё же… Они — смотрители императора. Перед ними открываются любые двери. Особенно перед ним. Наверное, в Тайоганори все кланы знают, что сейванен с желтыми глазами — самое страшнoе, что может с ними случиться.

Временами долетали сплетни, где он мог разобрать прозвище, данное народом, — Сокол Императора. Εсли прилетел Соқол Императоpа — ничего не скрыть.

— А в чем? — нахмурившись, спросил Сант.

— Мне не нравится, что об этом ничего не знает наследница.

— Думаешь, нам потом предъявят претензии?

Эйтаро мотнул головой, заиграл медово-жёлтыми бликами янтарь серьги.

Смотрителям императора не предъявляют претензий. Хотя… законом это не запрещено. Поэтому случиться может что угодно.

— Мне кажется, она может быть нам полезна, — наконец-то произнес он.

Сант молча обдумывал сказанное. Молча смотрел, как камни раскалываются и превращаются в серую пыль после того, как в них впечатываются бирюзово-золотые кандзи, сорвавшиеся с пальцем Эйтаро.

Никто из них не был добрее, чем позволяла служба, которую они нeсли. Но и в злоупотреблении властью никто их не мог обвинить тоже.