Книга Кобра. Аска из клана змей, страница 67 – Марина Комарова

Мое сердце пропустило удар. Мы все замерли.

За спиной кто-то был.

Стоять? Бежать?

Нас четверо, бросать никого нельзя. Где гарантия, что получится удрать?

Мы обернулись, словно по команде.

Их было шестеро. Ростом едва до моего плеча, с бугристой темно-красной кожей, покрытой костяными наростами. На приплюснутых головах – изогнутые рога. Вытянутые морды, оскаленные пасти, бритвенно-острые когти на руках. В бездне их глаз, черной, как и царившая вокруг ночь, было только одно – голод.

Мисаки осторожно сделала шаг назад, приближаясь к нам.

— Нас ждали, – одними губами сказала Кёко. – Мы оказались недалеко от гнезда цуми.

Тут весь лес – сплошное гнездо цуми. Однако это я не стала говорить. Зато плавным движением достала выданный вакидзаси и сжала рукоять.

— Не открываем спины, – сказала я тихо и напряженно. – Ставим кандзи «Щит» и «Стена». Сначала бьем, потом – думаем.

Кёко успела метнуть на меня странный взгляд, но возражать не рискнула. Сейчас не до споров.

Цуми приближались, окружая нас. Они тяжело дышали, словно бежали по пятам. Но бы что-то услышали. Значит, причина в чем-то другом. Ровно в тот момент, когда самый крупный рванул к нам, я вскинула руку, и в ночной тьме вспыхнул первый кандзи.

Цуми врезался в него, обиженно заревел и хлестнул когтистой лапой, пытаясь достать меня.

Вакидзаси Харуки тут же пришел в ход, Мисаки не растерялась и оказалась возле нее. Цуми дружно кинулись на нас, будто получив какой-то приказ.

Уклониться. Ударить. Вспышка кандзи. Отшвырнуть тварь. Уклониться. Подпрыгнуть, чтобы не лишиться ног. Перекинуть меч в другую руку, чтобы правой нарисовать сразу несколько кандзи.

Рядом коротко вскрикивали и ругались сквозь зубы девчонки. Цуми сновали туда-сюда, били четко и зло. Через какое-то время наша одежда была прилично подрана, а тело горело от царапин. Серьезных ран не получил никто. Пока.

Я швыряла кандзи за кандзи, удерживая вокруг нас защиту. Почему-то у остальных иероглифы были настолько слабы, что цуми их разрушали после пары прикосновений.

Тварь оказалась слишком близко, разинула пасть. Я вскрикнула и снесла ей голову.

— Первый есть! – крикнула Кёко.

— Второй! – звонкий голос Мисаки.

И снова рев цуми. Четыре на четыре. Тварь теснила меня к дереву, я отбивалась мечом. Никак не получалось извернуться и выхватить из-за пояса кайкэн. Мощные когти рассекли щеку, тут же вспыхнула боль.

— Ах ты скотина! – вдруг заорала Мисаки и вонзила вакидзаси в холку цуми. Тот резко дернулся и ударом лапы отшвырнул ее назад, прямо в своего сородича.

Мой кумихимо вырвался из запястья одновременно с ее жутким криком. Проломил его грудную клетку и разорвал на ошметки сердце. Взор застилала ярость, в груди стучало бешенство.

Нельзя, тварь. Нельзя трогать моих друзей.

Уничтожу.

Возле цуми, запустившего когти в Мисаки, я оказалась в мгновение ока. Голой рукой вырвала позвоночник, фиолетовый кандзи «Смерть» вспыхнул сам, превращая цуми в пепел.

Два оставшихся кинулись в лес, я рванула за ними.

— Аска!

Потом.

Поднявший руку на моего друга никогда не поднимется с земли.

Я неслась на такой скорости, даже не подозревая, что могу так. Кайкэн с коброй обжигал кожу через ткань. Кумихимо вспыхивал слепящим светом, разгоняя тьму вокруг. Кровь цуми на руках не казалась чем-то жутким. Мне было мало ее. Мало крови тех, кто посмел причинить вред Мисаки.