Книга Ядовитый цветочек для тёмного мага, страница 29 – Валентина Гордова, Зоя Кресак

— Молись, чтобы кто-то сейчас умирал, — серьёзно предостерегла управляющая, ткнув расчёской в грудь раскрасневшегося Эфера. — Иначе я просто не вижу причин будить меня так рано!

Мой администратор вдруг стушевался, застыл у порога и принялся разглядывать носки своей обуви, явно избегая смотреть мне в глаза:

— Т-там твой… этот… прости Луна — Арнар люд-дей м-мучает!

— М-м-м? — заинтересованно поторопила, продолжив прерванное расчёсывание.

— Сначала он рылся в наших бумагах, — переведя дыхание, с дрожью начал Эфер, загибая первый палец, — потом обошёл все наши комнаты с каким-то журналом, требовал имена наших постояльцев, после чего разгромил нашу кладовку, выкинул все наши вещи…

— Эфер, не зазнавайся, — перебила, грозно зыркнув на посмелевшего администратора. — Бумаги, комнаты, постояльцы, вещи — мои. Мои, не наши!

— Твои, — быстро исправился тот и тут же пошёл в наступление. — А что он забыл в твоей таверне, а? Ведёт тут себя, будто самый главный! Ты это, гони его взашей, обнаглел он!

Сказать или пусть страдает?

— Вчера Арнар был принят на работу, — сжалившись, сообщила удивительное.

Впервые видела, чтобы у человека так сильно вытягивалось столь резко бледнеющее лицо.

— Что?! — Эфер задохнулся от ужаса, вытаращив свои глазёнки прямо на меня. — Кем?

Я злорадно улыбнулась, затягивая на затылке хвост:

— Молись, чтобы я его администратором вместо тебя не сделала. — пригрозила сурово.

И вышла из комнаты, оставив хватающего воздух ртом Эфера одного. Путь мой был недалеким — направо, до конца коридора и в умывальную, свободную по причине раннего утра. Луна, прямо как в общаге! Мы там тоже просыпались пораньше, чтобы быстрее всех нужную комнату занять.

Уже во всеоружии спустившись вниз, застала удивительную картину: с моей таверной всё хорошо. Застыла, не поверив. А как можно? Тут «всё хорошо» отродясь не было. С моим появлением, хочется верить, ситуация улучшилась и несколько стабилизировалась, но до «хорошо» нам было ещё шлёпать и шлёпать. А тут…

Справа от меня, на стойке администратора, где обычно сквозь кипу каких-то бумаг, записочек, газет и прочей макулатуры не просвечивало и кусочка столешницы, теперь одиноко стоял только горшок с цветами, по всей видимости позаимствованный Арнаром с заднего двора. Перегнувшись через перила, обнаружила и все бумаги. Они аккуратно устроились в подписанных резковатым почерком трёх коробках за стойкой.

Порядок? У меня?!

Слева, на раздаточном столе, заметила ящик с инструментами. С ума сойти, у нас тут и такое есть? В поисках пострадавших оглядела таверну — взгляд упал на стул у окна напротив, который, кажется, вечно находился в аварийном состоянии. Сколько бы клея я не вливала в сломанные ножки, он всё никак не желал чиниться. Именно поэтому тот стул облюбовали феи — под другими посетителями он мгновенно разъезжался на все четыре стороны.

Так вот, Арнар его починил! Не клеем, как некоторые, а прям добротно так, даже со стороны было заметно. Свеженькие, слегка отличающиеся по цвету от всего стула ножки стояли уверенно на отведённой им площади и ломаться даже не собирались. В том, что руки на казенную мебель наложил Арнар, я не сомневалась и секунды. Больше некому было!

Шуршание слева отвлекло меня от созерцания приятно посвежевшей таверны. Я наконец спустилась с лестницы и заметила рядом с дверью кладовой целую выставку какого-то старья, смутно припоминая, что старьё это вовсе не какое-то, а очень даже моё.