Книга Академия Печатей, страница 117 – Ада Николаева

«Так вот оно, моё последнее испытание…» — осознала я под стук разогнавшегося в груди сердца.

Я забрела в очередную ловушку, войдя в этот храм, и, если быстро не придумать, как отсюда выбраться, наши ноги скоро начнут уходить под воду, а покрывшись с головы до пят грязью — можно будет забыть о месте в Академии. Если, конечно, нас не затянет вглубь трясины, и тогда уже не придётся переживать ни из-за белой одежды, ни из-за учёбы здесь, когда речь зайдёт о выживании.

— Что будешь делать? — спросил подоспевший Себастьян. В его голосе читалась издёвка, будто после моих недавних слов, теперь я буду вынуждена на коленях умолять его о помощи.

Не тут-то было!

— У меня есть идея, — сообщила я, выставив вперёд ладонь с Печатью, — так что сильно не радуйся.

Я выучила пока совсем немного заклинаний и уж точно не знала того, что способно осушить болото или позволить мне ходить по воде. Однако одно подходящее я всё же вспомнила. Я недавно уже применяла его в бою против Генри и Рейки, направив в их сторону самозавязывающуюся верёвку. На этот раз я создала сразу два таких каната, пронёсшихся по воздуху в направлении затопленной аллеи.

Как и планировалось, тросы опутали стволы деревьев: один ниже второго на целый метр.

— Подержи, — я передала конец одного из канатов Себастьяну, пока сама принялась обматывать второй вокруг уцелевшей у входа колонны. Завязала тугой узел и проверила его на прочность резким рывком вбок.

После этого забрала из рук горе-напарника конец другой верёвки и также привязала его к колонне. Над грязевым полем протянулось два длинных шнура, размещённых на разной высоте, чтобы по одному можно было передвигаться, а за второй держаться руками и не терять равновесие. Задачка всё равно не из лёгких, один неверный шаг и я свалюсь в трясину, но это лучшее, что я смогла придумать в кротчайший срок, ведь густая жидкость уже омывала подошвы моих ботинок.

— Я пошла, а ты как хочешь, — небрежно бросила я своему напарнику, готовая сделать первый шаг по неустойчивой конструкции.

— Полина! — окликнул меня парень.

— Я не заставляю тебя идти, — отозвалась я, даже не обернувшись. — Можешь подождать, пока дождь закончится. Если, конечно, закончится.

— Я не об этом. Я могу заклинанием уплотнить канаты и узлы, чтобы верёвка точно выдержала… нас обоих.

После этих слов я наконец посмотрела на парня, удивлённая его готовностью помочь, и кратко кивнула в знак согласия. Себастьян исполнил обещание и укрепил тросы, затем мы принялись медленно пересекать болото. Мне потребовалось около получаса и потенциальный сердечный приступ, когда я чуть не сорвалась вниз, но я всё же сумела добраться до дальних деревьев, туда, где кончался зыбун.

Первое время было непривычно твёрдо стоять на земле и разжать затёкшие от кулаков пальцы. Мои ладони покрылись мозолями, омрачавшими вкус победы. Но победа — есть победа, а потому я радостно воскликнула:

— Мы справились! Ты сказал, что это последняя локация? — обратилась я к Себастьяну, шипевшему на стёртые в кровь руки. — Если это так, то мы только что прошли последнее испытание, и нам осталось лишь найти выход!

Я осмотрела свою одежду, она посерела, но большую часть грязи смыл непрекращающийся ливень.

«Могло быть и хуже», — подбодрила я себя, а вслух добавила: