Книга Смоль и сапфиры. Пара для герцога, страница 87 – Таня Нордсвей

Я вытаскиваю книгу на свет и читаю название: «Легенды Таксодонии». Листаю и вижу картинки. Это мне подходит! Бреду обратно за стол и, плюхаясь в кресло, раскрываю сборник легенд. И начинается там всё…

С рассказа о первой ведьме Саяры.

Всё началось с начала всех концов и начал. А возможно всё началось с биения первого сердца, что застучало вровень дыханию Саяры. Говорили разное, говорили всякое. Но в одном все мудрецы были уверены — началось всё с первой ведьмы, ступившей босой ногой на землю Первых.

Её душа пела в такт песням земли. Она чувствовала силу воды, величие лесов и жар солнца. В ведьме текли силы природы, питая её собственную. Она была естественна и старалась жить по всем законам земли. Помогала нуждающимся, лечила раны и хвори, несла людям знания о лекарственных травах и том, как правильно брать у природы, отдавая что-то взамен. И всё было хорошо пока ведьма поступала правильно, чувствуя своим сердцем то, как будет лучше всем. И пока не заболел неизлечимой болезнью один из её братьев.

Ведьма любила свою семью, у которых, в отличие от неё, не было Дара. У неё остались братья, ведь к тому моменту их родители уже почили с миром, оставив взрослых детей одних проживать их жизни дальше самостоятельно. Ведьма не хотела отпускать старшего брата в тот мир, к родителям, и зареклась найти лекарство. И искала она его, это лекарство от смерти. А нашла яд бессмертия.

Ядом прозвали его за то, что он был противоестественным. Всё живое в мире рождалось, росло и умирало. А тот, кто принял тот яд, застывал во времени навечно. И расплачивался за это неся вечную кару, не дающую ему чувствовать мир вокруг так, как чувствуют его смертные.

Ведьма нашла способ спасти брата, но не спешила с ним. Так уж вышло, что покуда она питалась силами земли, то сама могла получать гораздо более долгую жизнь, и именно это и начала исследовать ведьма, решив, что сможет отыскать иное средство, пока было время. И так и было, пока через какое-то время второй из её братьев не оказался на смертном одре, истерзанный в лесу бешеными волками. Пролились тогда слёзы ведьмы на его тело, а прикосновения оставили на его ранах часть отваров, над которыми ведьма работала перед случившейся трагедией.

Оба её брата — неизлечимый и раненый — теперь были на грани жизни и смерти. И дала ведьма первому брату на закате яд, второму же помогло чудо и выжил он. И радовалась семья, пока не пришло время расплаты за спасённые души.

Брат ведьмы, принявший яд, обрёл невероятную способность к убеждению. Но за приобретённый не от природы Дар он получил и свою кару — жажду человеческой крови, которая с того дня преследовала его, куда бы он ни шёл. У него пропал аппетит к обычной еде, его клыки удлинились, став хищными, а сам он стал быстрее и сильнее. Со зрением не хуже кошачьего он в тайне от сестры-ведьмы стал охоться чтобы удовлетворять свою нужду и убивая невинных.

Второй брат ведьмы, переживший ранения, обрёл силу волка. Он научился оборачиваться большим зверем, но его повадки были слишком дикими, поэтому вскоре он позабыл свою семью и ушёл в леса. Ведьма горевала, но отпустила его, тем более что теперь ей приходилось противостоять манипуляциям обращённого брата (что часто убеждал её, в правильности тех или иных поступков) и пресекать Хаос, что тот вносил в цикл людских жизней. Ведьма понимала, что нужно найти способ вернуть всё на свои места, но её любовь к брату была слишком сильна. Посему искала теперь она лекарство от бессмертия, а не способ убить свою кровь.