Книга Смоль и сапфиры. Пара для герцога, страница 59 – Таня Нордсвей

Мои туфельки на небольшом каблучке громко цокают по полу. Мне страшно и холодно. Где вся стража? Почему никого нет?

— Мама! Мамочка!! — хнычу я, когда снова слышу женский крик и иду быстрее. Вот только коридор кажется таким длинным, что я никак не могу приблизиться к двери, что ведёт в нужный зал. — Папочка! Беллами!

Ответом мне служат раздающиеся шаги. Это не мама и не Бел — скорее всего папа. Я бегу быстрее, пытаясь преодолеть расстояние, как вдруг одна из дверей в коридор открывается и на свет из тьмы выходит человек.

Это папа. Он удивлён.

— Папочка! Папа! — кричу радостно я, оказавшись практически рядом с ним, а потом отец падает на мраморный пол.

Я резко торможу и мишка, которого я взяла с собой, выпадает из моих рук. Из спины папы торчит деревянный кол, что пронзил ему сердце. Кровь вытекает из раны на пол, образуя большую алую лужу. Лужа ширится и доходит до моих туфелек, пачкая валяющуюся на полу игрушку

В моём горле застывает крик, а я вижу, как надо мной нависает громадная тень…

Хватая ртом воздух, я сажусь на кровати. Меня всю трясёт, а перед глазами всё ещё стоит кровь и безжизненное тело отца, лежащее на тёмном мраморном полу.

Я не кричу — крик уже годами не вырывается из моего горла после пробуждения. Мне снится этот кошмар уже тринадцать лет и каждый раз становится всё подробнее: сама я чётко не помню той ночи, но невидимая сила каждый раз приоткрывает мне завесу гибели родителей и брата, позволяя вспоминать по кусочкам утерянное воспоминание. И я рада тому, что сознание делает это медленно, словно ожидая, когда я буду готова к тому, чтобы узнать — кто виновен в гибели моей семьи. А пока я остаюсь в неведении и радуюсь тому, что и этот груз не отягощает мои плечи.

Раздаётся стук в дверь и в комнату заходит Лили с подносом в руках, ставя его на комод и тут же направляясь к шторам чтобы их развесить.

— Доброе утро, а точнее день, госпожа! — служанка впускает в комнату свет, и я тут же жмурюсь, когда лучи солнца больно бьют по глазам. — Я дала вам выспаться, но уже за полдень и пора просыпаться.

Лили идёт к подносу, на котором дымится завтрак, и несёт его ко мне в постель. Я откидываюсь на подушки, и служанка ставит на одеяло поднос. Прекрасные запахи ароматного напитка бодрят меня, а булочка с джемом так и манит её съесть.

— Как вы спали?

— Неплохо, — вру я, замечая тарелку с клубникой возле овального блюда с омлетом и овощами, и тянусь за ягодой. На вкус клубника кисло-сладкая и её сок приятно растекается во рту. Завтрака в постель мне ещё не приносили ни разу в моей жизни.

— У вас круги под глазами, — замечает Лили. — Ничего, я принесла немного пудры — мы их скроем.

— Я сегодня никуда не собираюсь, — говорю я, принимаясь за завтрак. А потом вспоминаю о Киране. — А герцог…

— Уже покинул ваши покои и отправился на военный Совет Империи, — отвечает Лили и принимается распаковывать мои вещи из коробок и сумок, вынимая всё и тщательно раскладывая по своим местам. Видя, какое кружевное нижнее бельё для меня приобрели, я чуть не давлюсь омлетом.

— Что-то не так, госпожа Лайла?

— Прошу, зови меня просто Лайла, — пытаясь справиться с кашлем, бормочу я. Спешно запиваю омлет напитком и морщусь от горечи — в столице богатые привыкли пить кофе, а мне чужд этот заморский напиток. — Лили, это ты приобрела это… нижнее бельё?