Онлайн книга «Смоль и сапфиры. Пара для герцога»
|
Представляю, как придёт в ярость Блайдд, когда узнает, что Дарэй сделал с его обожаемой сестрицей… — Я не знаю, Барбара. Что такого в Дженне, что Дарэй любит её десятилетиями? Полагаю, что сейчас солгу, ведь прекрасно знаю ответ на данный вопрос. Это связь. Иногда она появляется совсем неожиданно, намертво связывая тебя с тем, кому ты будешь предан несмотря ни на что все оставшиеся века. И это нерушимо. Навсегда. Но Барбара не чувствует моей лжи. Она вся щетинится, уходя в себя: — Никто не знает. Однако ей отдают сердце, отдают перстни, а мне… Глаза Барбары светятся, когти на руках удлиняются. Под глазами ползёт сеточка чёрных вен. А потом она неожиданно берёт себя в руки и вновь обретает человекоподобный вид. Лишь ведёт носом, принюхиваясь и выискивая новую жертву, что погибнет этой лунной ночью. Её голос вновь становится ровным и привычным. — Все вы, мужчины, те ещё твари, Киран. Вы глупцы. И вот этого вы тоже не знаете. Врёте, скрываете, увиливаете вместо того, чтобы сказать всё прямо и встретиться с принятием информации женщин лицом к лицу, — последние слова она будто выплёвывает из себя. Её глаза суживаются в две тонкие щёлочки. — И это ломает веру в вас, ломает нас. Думаешь, я злодейка, раз вот таким образом показала правду Лайле? Надо было признаваться раньше, Киран. У тебя было двенадцать лет. Больше десятилетия. А что вы делали с моим братцем? Лишь запрещали всем, кто о ней знал из стаи, распространяться о том, что наследница Лаиров жива. И о том, что вы неумолимо следите за ней, — я напрягаюсь и прислушиваюсь к звукам, боясь, что нас могут подслушать. Но в дворцовом саду нет ни души, кроме нас и благоухающих роз. — Я сделала Лайле одолжение, позволив раскрыть глаза на натуру чудовищ вокруг. — Ты сломала её. — Нет, Киран, — Барбара медленно начала обходить меня по кругу. — Это ты сломал её. Надеюсь, что она достаточно сильная, чтобы возродиться из этого пепла, который для неё стал сплошным битым стеклом. И стать фениксом, который сожжёт всё вокруг в этой грёбанной Империи до тла. Налетевший ветер треплет наши волосы. Услышать от Барбары подобное… Она смотрит на меня, в её глазах я вижу злость и боль. Мы застываем, смотря друг на друга, и не произнося ни слова. А через мгновение Барбара исчезает, покинув сад со скоростью, доступной лишь новообращённым, оставляя меня стоять у роз, с чьих шипов на траву стекает алая кровь… Лайла Пять дней спустя… Лили уходит, оставив меня одну в спальне. Из раскрытого окна веет вечерней прохладой. Лунный свет, прорезая кроны деревьев, серебрит мои разметавшиеся по подушке волосы. Я лежу на кровати, не мигая наблюдая за тем, как шелестят листья. Через какое-то время мой взгляд скользит ниже — на мои руки, покоящиеся на покрывале. Рядом лежит перстень Кирана, который я сначала не снимала, а потом, хоть и сняла, но продолжила постоянно носить везде с собой в кулаке. Я до сих пор не чувствую ничего, но каждая ночь подпитывает меня, принося в мой безмолвный мир шорохи и звуки. Киран уже оставил попытки со мной заговорить — если и приходил, то лишь смотрел. Его глаза и так говорят мне многое. Медленно поднимаюсь с кровати, зажав в кулаке перстень. Босые ступни касаются ледяного пола, но не чувствуют холода. Иду к окну, раскрывая его и с безучастным видом смотря на сад. |