Книга Пламя в темноте, страница 38 – Таня Нордсвей

Стоило вскарабкаться на стену и пройти по тонкому выступу, как начиналось то самое «веселье», о котором упомянул наставник Шакир. Маятники и грузы, давилки и ветряки, подвешенные на цепях балки и гребенки. Но больше всего меня пугала жердь после двух маятников, по которой было необходимо взобраться вверх, а далее…Упаси меня Шаале!

Чтобы пройти эту полосу испытаний необходимо было пробежаться по самим давилкам, маятникам, ветрякам и грузам, не свалившись с них и в конце по верёвке взобраться на верх стены и только после спуститься вниз.

Это была катастрофа. Это была моя смерть.

Я обернулась в сторону Драконьего утёса и во мне начала закипать злость от осознания, что моя упёртая дракониха не соизволила явиться! Если она так и не появится в течение ближайших минут, то меня заставят пройти эту молотилку, где из моего тела сделают отбивную! И это будет исключительно на её совести. Которой, впрочем, у неё и не было.

Даже стараясь разминаться как можно дольше и тянуть время, с каждой минутой я теряла надежду. И когда меня окликнул наставник Шакир, требуя присоединиться к тренировке, я прокляла день, когда соединила свою душу с драконом.

* * *

Когда вечером я стояла в кабинете баргата, на мне не было живого места. Тело покрывали ссадины и синяки, которые прятала туника и высокие сапоги. Каждый шаг отдавался в моём теле безумной болью и сопровождался шипением. На сидящего за столом баргата я смотрела исподлобья и крайне злобно, припоминая ему это «замечательное» времяпрепровождение. Хорошо, хоть дракониха не явилась на тренировку и к списку моих поражений не добавилось падение с огромной высоты и превращение в мясную лепешку!

— Как прошла тренировка? — спокойным голосом уточнил Шаян, пока я сдерживалась, чтобы не зашипеть и на него.

— Разве вам не доложил наставник Шакир? — выдавила я резче, чем планировала.

О да, он, наверное, в красках расписал все мои падения и ушибы, когда я с горем пополам пыталась пройти первый ярус и хотя бы половину второго. Как жалко я выглядела, извалявшись в грязи и траве, со всклоченными волосами, выбившимися из косы и пятнами земли на лице. Что могло бы быть живописнее?

Увидев меня в подобном виде — всклоченную и грязную — Алакай проводил меня в купальню. В женскую, расположенную в крыле магов, я не пошла: слишком долго идти, слишком позорно, слишком энергозатратно. Поэтому Ше’ру пришлось сторожить вход пустой общей купальни, пока я с тихими стонами боли отмывалась и распутывала волосы. Я вновь стала чистой, а вот горечь от своей слабости никуда не делась.

Мои волосы сейчас ещё чуть влажные. Спасибо Кайлу за подарок в виде кусочка ароматного мыла — тем, что протянул мне Алакай, я мыться не стала! Жжёт, противно пахнет… фу!

— Я спрашиваю тебя, а не Шакира, — отрезал Шаян, а потом соизволил поднять на меня глаза и вернуться в реальность из мыслей. — Ты ранена?

Ранена ли я? Морально уничтожена!! Раздавлена!! Но никак не ранена!

— Нет, — мой писк прозвучал довольно неуверенно, вынудив Шаяна подняться из-за стола и оказаться возле меня. Как назло, туника съехала с плеча, обнажая темнеющие синяки и баргат сузил горящие глаза.

— Алакай отведёт тебя в лечебное крыло.

— Нет!! — протестующе вскрикнула я, заставив брови Шаяна удивлённо взметнуться вверх. — Все поймут, что я слабачка.