Книга Русские заветные сказки, страница 27 – Александр Николаевич Афанасьев

Пошла она к матери в гости, а муж тем времечком вышел в сади и лёг под яблоней.

— Что же, – спрашивает мать у дочери, – выкупили хуй-то?

— Выкупили, матушка!

Вот купчиха только о том и думает, как бы ухитриться сбегать к зятю, покудова дочь здесь, да попробовать его большого хуя. Дочь-то заговорилась, а тёща и удрала к зятю; прибежала в сад, смотрит: зять спит себе, кольцо у него надето на ноготок – хуй стоит с локоток.

«Дай-ка я теперича залезу к нему на хуй», – думает тёща, взлезла и давай на хую покачиваться. Вот на ту беду надвинулось как-то кольцо у сонного зятя на целый перст – и потащил хуй тёщу вверх на семь вёрст.

Дочь видит, что мать куда-то ушла, догадалась и бросилась домой: в избу – нет никого; она в сад – смотрит: муж спит, его хуй высоко торчит, а наверху чуть-чуть видно тёщу; как ветром поддаст – она так и завертится на хую, словно на рожне*. Что делать? Как матушку с хуя снять? Набежало на то место народу видимо-невидимо, стали ухитряться да раздумывать.

Одни говорят:

— Больше нечего делать, как взять топор да хуй подрубить.

А другие говорят:

— Нет, это не годится! За что две души погубить; как срубим хуй, вить баба на землю упадёт – убьётся. Лучше миром помолиться, авось каким чудом старуха с хуя свалится!

На ту пору проснулся зять, увидал, что у него кольцо надето на весь перст, а хуй торчит к небу на семь вёрст и крепко прижал его самого к земле, так что и повернуться на другой бок нельзя! Начал потихоньку кольцо с пальца сдвигать, стал у него хуй убывать; сдвинул на ноготь – стал хуй с локоть, и видит зять, что на хую торчит тёща.

— Ты, матушка, как сюда попала?

— Прости, зятюшка, больше не стану!

В  некотором царстве, в некотором государстве жил богатый мужик. У него был сын по имени Иван.

— Что ты, сынок, ничем не займёшься? – говорит ему отец.

— Ещё поспею! Дай-ка мне сто рублей денег да благослови на промысел.

Дал ему отец сто рублей денег. Пошёл Иван в город; идёт мимо господского дома и увидал в саду барыню: очень из себя хороша! Остановился и смотрит сквозь решётку.

— Что ты, молодец, стоишь? – спросила барыня.

— На тебя, барыня, засмотрелся: уж больно ты хороша! Коли б ты мне показала свои ноги по щиколотки, отдал бы тебе сто рублей!

— Отчего не показать! На, смотри! – сказала барыня и приподняла своё платье. Отдал он ей сто рублей и воротился домой.

— Ну, сынок! – спрашивает отец. – Каким товаром занялся? Что сделал на сто рублей?

— Купил место да лесу для лавки: дай ещё двести рублей – надо заплатить плотникам за работу.

Отец дал ему денег, а сын опять пришёл и стоит у того же сада. Барыня увидала и спрашивает:

— Зачем, молодец, опять пришёл?

— Пусти меня, барыня, в сад, да покажи свои коленки, отдам тебе двести рублей.

Она пустила его в сад, приподняла подол и показала свои коленки. Парень ей отдал деньги, поклонился и воротился домой.

— Что, сынок, устроился?

— Устроился, батюшка; дай мне триста рублей, я товару накуплю.

Отец дал ему триста рублей, а сын сейчас отправился к барынину саду, стоит и глядит сквозь решётку. А отец думает: «Дай-ка схожу, посмотрю на его торговлю». Пошёл за ним следом и посматривает.

— Зачем, молодец, опять пришёл? – спросила барыня.

Парень отвечал ей:

— Не во гневе тебе, барыня, сказать: позволь поводить мне хуем по твой пизде, я за то дам тебе триста рублей.