Книга Доска судьбы, страница 79 – Наталья Николаевна Александрова

И тут бравая старуха со всего размаху хряпнула бутылкой по голове мародёра. «Хряпнула» – это сильно сказано, дух-то у старушки был боевой, а вот силёнок явно не хватило. Бутылка только скользнула по башке, а ликёр пролился на замшевый пиджак, не причинив его хозяину особого вреда. Бандит локтем отпихнул ветхое создание, та упала на пол и затихла.

Убедившись, что старушка не подаёт признаков жизни, замшевый, цедя проклятия, повернулся к Марьяне.

— Куда эта липовая уборщица пошла? Куда делась?

— Откуда я знаю! – заорала в ответ Марьяна, не отводя глаз от старушки. – Ты бабульку убил! Елена Фёдоровна, вы живы?

— Не ори!

— Помогите! – Марьяна снова изо всех сил ударила в пол ногами и заметалась на стуле.

— Заткнись! – Негодяй крепко схватил ее за плечи и хорошенько встряхнул.

Марьяне показалось, что голова ее качнулась влево подобно маятнику, а когда голова возвращалась на место, то большой палец злодея случайно оказался возле ее губ, и Марьяна, долго не думая, цапнула его зубами.

Укусила изо всех сил! Впилась!

Замшевый дёрнулся, попытался вытащить палец, но Марьяна утроила усилия. Зубы у нее с детства были отличные, острые, так что с полным удовлетворением она ощутила, что как будто хрустнула кость.

Мерзавец заорал благим матом и вырвал палец у нее изо рта, другой рукой двинув ей в лоб. Когда перед глазами перестали кружиться серебристые мухи, Марьяна с радостью отметила, что укушенный трясёт рукой, при этом палец висит буквально на кусочке кожи и кровь льётся рекой.

Он попытался остановить кровь, но только вымазался. Кровь капала на пол, и замшевый пиджак тоже был измазан.

Марьяна мысленно приготовилась к тому, что он снова начнёт ее колошматить, но, приглядевшись, поняла, что лиходей уже не боец.

Он побледнел как мел, весь трясся, как в лихорадке, здоровая рука ходила ходуном. На неверных, заплетающихся ногах он, шатаясь, вышел из комнаты, и она услышала, как хлопнула входная дверь.

Марьяна пошевелилась и поняла, что пластиковые стяжки ей самостоятельно не снять. Значит, она будет сидеть тут до вечера, пока не явится с работы муж. Хотя, кажется, он что-то буркнул утром, что придёт поздно. А если старуху убили? Ой, мамочки, что же будет! Муж ей ни за что не поверит, а если поверит, то будет еще хуже, он узнает, что она сама, собственными руками впустила в квартиру вора и убийцу. Тогда ей точно не жить! И полиция всё свалит на нее. Скажут, что она была в сговоре со злоумышленником.

Марьяна сидела ни жива ни мертва, чувствовала, что сердце от страха трепыхается где-то в желудке. Хорошо, что она привязана, падать некуда.

— Елена Фёдоровна! – закричала она отчаянно и с радостью увидела, что старуха чуть пошевелилась.

— Фёдоровна, дорогая, очнись, приди в себя! – Теперь Марьянин голос напоминал пароходную сирену.

— Не ори! – Старуха с трудом приподнялась на костлявых руках и села. Глаза у нее были самые обычные, только очень сердитые. – Ну, – спросила она, – доигралась? И где только таких пустоголовых делают? Ведь это же уму непостижимо, чтобы самой в дом злыдня привести! Сразу же видно, что жулик!

Марьяна покаянно молчала, поскольку старуха была совершенно права.

— А всё из-за лени твоей и глупости несусветной! – продолжала читать нотацию старуха. – Ладно бы всё под себя гребла, тут хоть противно, но понятно. Но ты ведь и себе только хуже делаешь!