Книга Доска судьбы, страница 35 – Наталья Николаевна Александрова

Тут Надежда Николаевна слегка покривила душой. Потому что письмо-то она вытащила из собственного почтового ящика. И сама же потащилась по адресу. Надежда молча показала подруге два конверта с адресами, затем недрогнувшей рукой вскрыла их.

— Ну, что там? – поинтересовалась Мария, заглядывая Надежде через плечо.

— Да ничего. – Та показала подруге чистый лист. – Я так примерно и предполагала. Похоже, что кто-то в этой шарашкиной конторе под названием «Гиппогриф» пытается таким образом предупредить владельцев бюстов об опасности. Только вот с Анной Савельевной он опоздал. А теперь, наверное, других предупредить хочет.

— И сколько же еще этих бюстов? – ахнула Мария.

— Во всяком случае, два – точно! – Надежда помахала конвертами. – Значит, нужно ехать по этим адресам, предупредить. Знаешь, еще появился странный тип в жутком замшевом пиджаке. Агрессивный какой-то, чувствую я, скоро вразнос пойдёт. Я уж молчу про тётку-авантюристку. Вот еще тоже под ногами путается, воду мутит!

Но тут Надежда поняла, что подруга ее не слушает. Мария уставилась в телефон и что-то бормочет.

— Машка, ты чем занята? – вскинулась Надя. – Нашла время!

— Чем я занята? – Мария подняла глаза, и Надежда тут же убедилась, что сейчас они поругаются, причём всерьёз и надолго. – Знаешь, в отличие от тебя я работаю!

— Да неужели? Ага, романы пишешь, я знаю…

Услышав ответ Надежды, точнее, не ответ, а почувствовав интонацию, Машка малость опомнилась. И вспомнила, что это она позвонила подруге сегодня утром и просила срочно приехать. И та приехала. И раньше приезжала, и помогала, нельзя этого не признать.

— Надюша, извини, – залебезила она, – не сердись, но я действительно на занятия опаздываю, студенты ждать не будут, уйдут и всё. А у меня с завкафедрой и так отношения плохие. Я уже и такси вызвала, вон едет! Сюда, сюда! – замахала она рукой.

Мария открыла дверцу белой машины с жёлтой полосой по бокам и юркнула в салон. Надежда несколько растерянно проводила отъехавший автомобиль взглядом. Ну надо же! С Машкой всегда так, не женщина, а вихрь! Цунами! Ладно, потом надо будет позвонить и рассказать, о том, что она слышала за закрытой дверью.

Надежда подошла к дому номер семь по улице Кондратия Воробьёва. Судя по такому названию, улица должна была находиться где-нибудь у черта на куличках, где не только станции метро нет, а и автобусы не ходят, а если ходят, то раз в час, да и остановка за тридевять земель находится.

Но нет, оказалась вполне себе приличная улица, дом, конечно, не новый, но и не развалюха, ни тебе ям на асфальте, ни пустой детской площадки со сломанными качелями. Двор относительно чистый, помойкой не пахнет, под окнами цветущие кусты, на двери подъезда, разумеется, домофон.

Надежда потопталась немного возле входной двери, но никто не вышел, так что пришлось нажать на кнопки кода нужной квартиры. «Скажу, – решила она, – что хозяину, этому самому Финикову, принесла заказное письмо и что он должен за него расписаться. Вряд ли он видит входящих, в любом случае можно и письмо показать». Она достала злополучный конверт, который заклеила как могла аккуратно, когда ехала сюда на метро. Издалека послание выглядит нетронутым, и это хорошо. Только бы не опоздать вручить письмо, как она опоздала с первым письмом!