Книга Малум, страница 46 – Юлия Макс

Судорожно сглотнув, Эва перевернула конверт. Разорвала его и вынула сложенные листы. Присев на софу, попыталась вчитаться в содержание. Выходило плохо. Может быть, из-за того, что Якуб так и не взял свой договор, а может – из-за глаз Фауста, пристально, хищно наблюдающих за ней, или читать не получалось из-за стены, с которой определенно что-то происходило.

«Галлюцинации вернулись», – подумала Эва, уже в открытую таращась на стену за Фаустом. А там под старинными обоями проступали очертания тела. Мужского тела.

— Что это, на хрен, такое? – охрипшим голосом спросил Ягр, в этот момент протянувший руку к конверту и заметивший то же, что и она. Фауст лишь повернулся в кресле, цокнул языком и вернулся в прежнее положение.

«Значит, не галлюцинации». Облегчение затопило теплой волной, даже несмотря на то, что среди бела дня она наблюдала нечто необъяснимое, то, чего попросту не могло существовать.

— Что у вас за спиной? Это вы делаете? – голос Эвы звучал почти спокойно.

— Нет, не я, – невозмутимым тоном отчеканил Дэниэль. – Это хранитель дома, – он обернулся. – Баал Тазар!

Там, где секунду назад под обоями вырисовывалось мужское тело, сгустился полумрак, а когда он исчез, возле стены стоял молодой мужчина. Незнакомец выглядел лет на двадцать пять. Светловолосый, стройный, старомодно одетый и растягивающий в гримасе чересчур пухлые для его лица губы, как Эве показалось, нагло, даже похотливо. Видимую часть его шеи вплоть до подбородка покрывали татуировки с символами. Что-то они напоминали Эве, словно она где-то их уже видела и забыла. Его лицо застыло прекрасной маской, демонстрирующей всего одну эмоцию. Самодовольство. А может, это было презрение?

Незнакомец стоял и смотрел прямо на Эву, отчего она почувствовала, как кровь прилила к щекам.

Якуб сделал шаг в сторону и оказался рядом с ней так, словно в любой момент был готов прикрыть собой. Он смял пополам конверт в руке, что выдавало тревогу и смятение мужчины. Нечто подобное чувствовала и Эва, смотря на Баала. Она склонила голову набок, нахмурившись. Дрожь в желудке то ли от страха, то ли от голода Эва проигнорировала, не смея отвести взгляд.

— Эва, Якуб, знакомьтесь – это Баал Тазар. Хранитель особняка. Демон. Вреда он вам не причинит.

Эва в замешательстве повернула голову в сторону Якуба, который с неприязнью исподлобья разглядывал нового участника беседы.

Демон шагнул к креслу Фауста и там и остался стоять. Солнце из окна попало на лицо Баала, и его глаза – абсолютно черные – заблестели, словно впитывая в себя свет. Даже на расстоянии Эва ощутила исходящий от него тонкий аромат – то ли пряности, то ли специи.

— Похоже, они не впечатлены, – констатировал он, обращаясь к Фаусту, и на этих словах оба тонко улыбнулись. – Эва Водичкова, – обратился он к ней, – знаешь ли ты, что ты энсиа?

Голос нового знакомца звучал так, будто проникал в самое нутро, вынуждая всецело внимать ему. Эва заслушалась и упустила смысл сказанного.

— Что? Нет!

Якуб и Фауст посмотрели на возмущенную девушку, а потом на Баала. Он сделал губы уточкой, крылья носа сложились – он втянул в себя воздух и уверенно заявил:

— Ведьма.

— Что? – фыркнула Эва и даже улыбнулась нелепости обвинения.

— Я не верю, – сказал Якуб.

— Потомственная? – спросил Фауст, и выражение его лица сделалось еще более хищным, словно он уже примеривался, где лучше развести костер, чтобы ее сжечь.