Книга Малум, страница 115 – Юлия Макс

Якуб снял им соседние номера и, зайдя в свой, бросил сумку с вещами на пол. Комната с квадратной кроватью, тумбой и балконом вместила в себя еще и просторную душевую. Он разделся, принял душ, а после лег на кровать поверх покрывала. Из головы все никак не уходила ночь Хэллоуина и образ Эвы в прозрачной белой рубашке, через которую просвечивало стройное тело с кожей цвета персика и ужасно сексуальными веснушками, рассыпанными по ключицам. Что происходило между ними? И происходило ли? Или же это только он ощущал электрическое напряжение в те моменты, когда они оставались наедине?

Он растер лицо и перевернулся на бок. Сон пришел, словно только и ждал, когда Ягр пустит его в свою голову.

Кроме темноты во сне был тот самый перекресток, на котором он стоял почти десять лет назад, с той разницей, что сейчас его уже ждали.

— Долго же ты не спишь. Для обычного человека это может быть смертельно, – лениво протянул мужчина с кошачьими глазами.

Во сне тот, с кем Якуб заключил сделку, выглядел ровно так же, как и в предыдущий раз: костюм-тройка, начищенные до блеска ботинки и пальто, перекинутое через плечо.

— Снова ты, – вырвалось у Якуба.

— Снова я.

Якуб смело улыбнулся, понимая, что спит и что все это не по-настоящему.

— Что ты хочешь, Роули? Снова напомнить о сделке?

— Мне кажется, что ты забыл. Иначе бы приводил в порядок мирские дела перед тем, как отдать мне свою душу, а не колесил бы по Германии в компании ведьмы! – Последние слова Аластер произнес сердито, словно бы Якуб шел не туда, куда нужно было демону.

— Я так понимаю, мой срок еще не вышел, – холодно отозвался Якуб, при этом весь внутренне сжимаясь от осознания, что расплата все же скоро настигнет его. – Так к чему твои появления?

Тот театрально закатил глаза и обратился к кому-то за спиной Якуба:

— Представь, он даже имя мое до сих пор говорит через раз, неблагодарный.

— Он не хочет признавать, что ты реален, Аластер, – послышался нежный девичий голос. – Ведь пока он тебя не знает, может и дальше отрицать тот факт, что отпущенные ему десять лет подошли к концу.

Девушка в балахоне наконец-то показалась Якубу, встав возле Роули. Она была миниатюрной, с яркими голубыми глазами и темным каре, подчеркивающим ее бледное лицо. Балахон скрывал ее фигуру, а над головой у нее мерцал черный обод, напоминающий нимб у святых.

Ягр сдержался и не стал спрашивать, кто она такая.

— Якуб, ваши расследования не совсем успешны, поэтому старайтесь лучше. Или просто брось это все и проведи последние дни со своим отцом, который тебе не отец, – как-то совсем по-дружески посоветовал Роули.

Якуб стиснул челюсти, все яснее осознавая, что толком ничего не знает о Роули, кроме обрывочных сведений, зачитанных Эвой со слов Элишки. И он даже не потрудился узнать, как избежать последствий сделки, откладывая это на потом, считая все неправдой.

— Тебе какой интерес? Ты не мой работодатель. Не пойму, ты за то, чтобы мы работали на Фауста, или против?

— Я, скажем так, заинтересованное в вашем успехе лицо, поэтому настоятельно рекомендую не облажаться с новым делом, – уклончиво ответил Роули, чем только больше запутал Якуба.

Он хотел послать его подальше вместе с наставлениями, но Роули, девушка и перекресток исчезли, а Ягр погрузился в тяжелый омут без сновидений.