Книга Чужая земля, страница 64 – Анна Кунгурцева

* * *

Илья прошел в пятый вагон и удивился царившей там тишине. Люди были, да, пусть и не так много, поскольку многие отказались от поездки в виду экстренного решения ехать без остановок до Балезино. Пока он шел, пружиня шаг, успел заметить немало перепуганных семей, пар и просто одиночных пассажиров, но они не издавали ни звука. Так же ему навстречу шла уже босая женщина-проводница. Она склонилась к девушке и парню на боковушке, что-то успокаивающе прошептала, выпрямилась и пошла дальше, и остановилась только рядом с Ильёй.

— Грос. Нормально все?

— Пока что, слава Богу, да, — кивнула женщина и не удержалась спросить, — что с поездом?

— Обрыв линии. В Горьком уже в курсе, людей направили. Так что остается лишь ждать.

Проводница пошла дальше, шепча себе под нос молитвы, да и капитану ничего не оставалось, кроме как идти вперед. Еще четыре вагона впереди, и в каждом последующем он видел одну и ту же картину. Тишина и проводники, успокаивающие людей. Из первого вагона хотел попасть в сам электровоз, но не получилось, физического прохода там не имелось.

Проводник объяснил, что электровозы УШ всех серий не оборудованы входом из вагонов, только с улицы. Так же добавил, что у машинистов есть инструкция на подобные случаи, и если он не будет шуметь, то все обойдётся. К тому же кабина машиниста находится на порядок выше.

— А УШ, это что? — напоследок поинтересовался парень, ведь он помнил родные электровозы ВЛ, то есть Владимир Ленин.

— Ульд Шнайдер, — без тени сомнения ответил паренек проводник.

Покивав собственным мыслям, Илья покинул первый вагон, прошел второй и, преодолев половину третьего застыл, услышав позади разорвавший тишину плач ребенка, резко обернувшись.

Судя по оборвавшемуся крику, младенцу довольно быстро сунули соску. Напряжение вмиг сгустилось такое, что казалось, его можно резать ножом. Пассажиры испуганно закрутили головами, а судя по их взглядам, каждый из них готов был лично устранить причину шума. Женщина, которую Илья не видел, что-то ласково зашептала, убаюкивая вновь хныкнувшее чадо.

— Успокой ребенка, сука! — озлобленно прошипел кто-то, и ему начали вторить другие, раздраженно шепча что-то про угомони, заткни рот или вышвырни на улицу.

— Э! Эй! — шикнул капитан, но стадо его не услышало, — сами заткнитесь! Быстро!

Поток негатива сделал свое дело, младенец снова закричал, и капитан переменился в лице, когда увидел, как в вагон сквозь стену влетел полупрозрачный кенгуру с удлиненными руками. В этот же момент убаюкивающий шепот матери и крик ребенка оборвался вслед за замахом когтистой руки Шёпота и влажным хрустом, после чего в вагоне началась не то, что паника, а буйство перепуганных пассажиров…

Оры, маты, беготня, все это в мгновение переполнило и без того ограниченное пространство. Бегущего прямо на Илью мужика перехватил вырвавшийся из пола полупрозрачный крокодил, с хрустом его перекусив, от чего к ногам парня свалилась окровавленная голова с шеей, плечами и одной рукой, вторая была перегрызена почти под основание.

Рептилия, переломив челюстями и проглотив за раз почти всего пассажира, не ушла обратно, а протиснула удлиненные лапы и полностью залезла в вагон, бросившись на очередную добычу, спрыгивающую с полки женщину. А потом им компанию составил еще и здоровенный медведь с удлиненными передними лапами. И эта троица, кромсающая людей что ни на есть олицетворяла естественный отбор.