Книга Лавандовая ветвь, страница 103 – Хелена Хейл

— Селина Гарсия! Да как ты можешь думать о подобных вещах?! Ты что, правда решила, что я бы принял эти деньги?! Извинись сейчас же или не видать тебе квартиры!

— Прости, дядя, прости, забудь! – рассмеялась я.

И пусть эта добрая душа стала моим «крестным феем», совесть не позволяла забыть о долге. Наступит день… Да, придет время, и я отдам ему все полностью! Но, к сожалению, не сегодня. Спорить с ним было бесполезно.

Дядя Майкл сходил в спальню и вернулся с ключами, на которых висел брелок в виде лондонской телефонной будки, напомнившей мне о сериале «Доктор Кто».

— Вот, милая. Будь аккуратна, хорошо?

— Что ты, дядя, я никого водить не буду, ты путаешь меня с братьями! – расхохоталась я.

— Да что мне эта квартира, дурочка! Ты сама будь аккуратна! Столица порой бывает жестока, может изжевать твои нервы и выплюнуть, так что… Я просто знаю, какой ты трудоголик, и уверен, что ты едешь не на отдых.

— Отдых мне светит разве что на пенсии…

— Вот-вот! Береги себя. Элейн в курсе твоих планов?

Я сморщила нос и медленно растянула слова:

— Не-е-ет, но я поговорю с ней сегодня же. В Лондон поеду завтра.

— Хорошо.

— Ладно, дядя, мне пора. Спасибо тебе огромное! Когда‐нибудь…

— Молчать! – отрезал он.

Обняв так крепко, как мог бы обнять только отец, Майкл проводил меня к выходу и, конечно, отверг все мои предложения отправиться домой своим ходом, вызвав личного водителя. «Майбах» подкатил к главным воротам, и, преисполненная благодарности, я села в автомобиль.

Грех было жаловаться на жизнь, имея такую семью. Меня сожгли изнутри, но я восстану из пепла и покажу, чего стою, покажу, какой упрямой может быть девушка, рожденная под знаком Тельца. Скорее бы добраться до Лондона. Грудь вдруг сдавило от мысли: Дейзи ведь перевезли в Лондон! Каким бы гадом ни оказался Райан, я обязательно с ней свяжусь, как только прибуду в столицу.

Когда авто подъехало к дому, мне вдруг расхотелось выходить. Что говорить маме? Как объяснить свой отъезд и потерю кофейни? Всю правду я открыть не могла. Эх, была не была! Поблагодарив водителя, я пошла к подъезду. В прихожей пахло яблоками и корицей, значит, мама пекла вкуснейшие слойки…

— Селина? – Элейн Гарсия замерла в кухонном проеме с кухонной перчаткой и скалкой в руках.

— Мамуля, почему ты каждый раз так удивляешься? Это все‐таки мой дом!

Мама нахмурилась, но промолчала, вернувшись к готовке. В душе зародился страх сродни детскому, когда готовишься признаться маме в том, что разбила кружку или сломала новую куклу. А ведь мне уже двадцать три, и я не обязана отчитываться и уж тем более трепетать перед ней. Я знала, что мама сильно расстроится. Пабло женился, Мэттью уедет на время учебы, я оставлю ее совсем одну…

— Будешь слойки? – предложила мама, как только я вошла в кухню.

— Я когда‐нибудь от них отказывалась? – улыбнулась я, потирая ладони. – Тебе заварить чай?

— Да, пожалуйста. Слышала новости?

Так, раз мама улыбалась и пекла слойки, значит, Мэттью уже преподнес радостную весть о поступлении. Появилась надежда, что, радуясь за сына, она не будет сильно переживать из‐за моего отъезда.

— Ты об университете? Конечно. Кто бы сомневался, а? Он ведь у нас умен не по годам и нудный, словно пенсионер. Как хорошо, что и Эбби приняли, продолжат совместный путь взросления!