Книга Замри для меня, страница 77 – Хелена Хейл

Если рассуждать с точки зрения психологии, вариантов было три. Первый: убийца действительно имеет отношение к искусству и просто осуществляет свой «художественный» замысел. Второй: некая синеглазая брюнетка однажды стала причиной его психологической травмы, и теперь он так своеобразно мстит ей. Третий, и самый страшный: убийца подбирал жертв по типажу Лилиан.Он знаком с ней. Возможно, он из ее прошлого, иначе не стал бы красть газету и оставлять столь явный намек. Но что он пытался сказать этими убийствами? Что она следующая? Пытался показать, что хотел бы сделать с ней самой?

На нее накатила тошнота. Лили приоткрыла окно и принялась жадно глотать свежий воздух. До дома Моники оставалось несколько миль.

Так или иначе, убийца знает, где живет Лили. Он был на ее участке, пробрался в гараж, в дом, и если рассматривать детали убийств, то бухта Фриц могла быть угрозой ее родителям. Или Норе.

Лили открыла телефон и позвонила человеку, который нуждался в ней и встречи с которым она так боялась.

— Алло, мистер Мерфи?

— Лилиан?! Господи, девочка моя, как у тебя дела? Как Нора? – послышался хриплый голос на другом конце.

— У Норы все отлично, спасибо. Я расследую убийства, возможно, вы в курсе…

— Да, я видел в новостях. – Мистер Мерфи прокашлялся.

— Мистер Мерфи, вы не против, если Нора поживет у вас до конца расследования? Я бы привезла ее к вам сегодня вечером.

— Против?! Лили, что ты! Я буду только рад. Очень жду! Только тебе придется провести инструктаж: что ей можно, что нельзя, какой у нее режим и так далее.

Лили невольно усмехнулась:

— Конечно. Спасибо вам большое.

— Тогда… до вечера?

— Да. До встречи.

Следом Лили позвонила маме и говорила с ней, пока шла к входной двери дома семьи Стронг. Постучав, Лили осмотрелась по сторонам. Теперь у нее возникло ощущение, что за ней следят.

— Детектив Мерфи? – Мисс Стронг выглядела довольно собранной по сравнению с утром.

— Мисс Стронг, мне нужно осмотреть комнату Моники и весь дом. Вы позволите?

— Конечно! Конечно, проходите. И пожалуйста, зовите меня просто Бэт.

Лили натянула на лицо улыбку и вошла в дом. Ее тут же обдало назойливым запахом медикаментов и хлорки. Внутри все было стерильно, как в больничной палате. Минимальное количество мебели и деталей интерьера, всего одна фоторамка, ни ваз, ни шкатулок. Только самое необходимое.

— Комната Моники дальше по коридору, слева. Я… – Бэт показала на ведро, наполненное водой. – По привычке перемыла все в доме. Не знала, чем заняться, чтобы не сойти с ума или не наложить на себя руки.

— Бэт, мне очень жаль. Не представляю, как вы справляетесь. Но, пожалуйста, держитесь – ради Моники. Я уверена, она желала вам счастья. – Лили сложила руки в мольбе, затем отвернулась и направилась в комнату погибшей.

В спальне запах стал еще более резким. У кровати стояла капельница – больше никаких указаний на то, что комната вообще когда-либо была обитаемой. Все вещи убраны: ни кофточки на стуле, ни ручки на столе.

— Бэт, – крикнула Лили, – а вещи Моники в шкафах?

— Да. – Бэт подошла к ней, держа в руках тряпку. – Я все убрала.

— Жаль. Вам не следовало ничего здесь трогать, чтобы я могла четче выстроить картину вечера вашей дочери, – вздохнула Лили. – Ладно, спасибо. Я пока осмотрюсь. – Она проверила тумбочки и шкафчики, пошарила под кроватью, но, как и ожидала, ничего не обнаружила. – Бэт, а где Моника могла хранить рисунки?