Книга Замри для меня, страница 67 – Хелена Хейл

Как же тихо было в доме без Норы! Лили заставила себя перестать думать о дочери и открыла страницу Селесты. Всего одна фотография самой девушки. Селеста была чертовски привлекательна. Еще несколько постов с ее работами; Лили прочла все комментарии и не обнаружила никаких негативных или двусмысленных посланий. В друзьях у Селесты она нашла Лесли и немного задержалась на его страничке. На фото он был очарователен: сидел на том самом велосипеде, который она видела у проката, и широко улыбался. Первым же постом была неоднозначная реклама. Даже идиот бы понял, что он толкает. Лили усмехнулась и пролистала фото. Ничего.

Парней в друзьях у Селесты можно было по пальцам пересчитать. Лили зашла на страницу каждого, но только последняя привлекла ее внимание. Во-первых, в друзьях у некоего Ника Фарелла была не только Селеста, но и Аманда Вуд. Во-вторых, у этого Ника было до боли знакомое лицо. Лили пролистнула страницу вниз: последний пост Ник выложил утром – песню «I Hate Everything About You». Лили включила одну из своих любимых песен, чтобы нарушить мертвую тишину пустого дома.

Где же она могла его видеть? Лили посмотрела дату рождения: Ник оказался ее ровесником. Подпевая и попивая энергетик, Лили прилагала все усилия, чтобы не задремать. И все же в какой-то момент сдалась.

* * *

– Что ты делаешь?

Лили наблюдала за тем, как Руна, сидя на матрасе, обвязывает вокруг шеи красную нить.

Подруги обменялись джинсовками, собираясь на ночной костер: Лили больше нравилась черная куртка Руны, а Руна сразу влюбилась в светлую джинсу Лилиан. Под куртками у девушек были одинаковые плотные толстовки глубокого темно-синего цвета с эмблемой лагеря.

– Я слышала пение Ачери… решила обезопасить себя. Родители говорят, красная нить, повязанная на шее, может уберечь от духа-демона.

Лили смотрела на подругу, пытаясь не рассмеяться. Она привыкла к легендам и историям Руны, но иногда они выходили за рамки ее понимания мира.

– Ру, какие еще злые духи? Это тебя так истории Фила напугали? – подколола подругу Лили.

Но Руна не засмеялась, даже не улыбнулась. Похоже, подруга была всерьез напугана. Лилиан подошла к ней и заключила ее в объятия.

– Ну, что стряслось? Что еще за Ачери?

– Обычно он принимает вид маленькой девочки или детского скелета. Ачери спускается по ночам с гор и приходит в индейские селения, где поет племенам свою ритуальную песню. Ачери приносит своими песнями жуткие болезни, а если кто-то видит или слышит его, то умирает.

Лили с минуту смотрела в темные глаза подруги.

– И ты… ты видела его?

– Нет. Слышала. Я слышу его вторую ночь подряд.

– Слушай, Ру, уверена, тебе показалось. Наверняка кто-то из вожатых просто тусил после отбоя. Или Ник пел тебе любовные серенады у палатки, уж его-то пение точно похоже на ритуальные песни!

Руна все-таки засмеялась, Лили подхватила ее смех.

– Лили, я хочу, чтобы и ты повязала красную нить. На всякий случай. Хорошо?

Лили не сопротивлялась. Она с уважением относилась к верованиям Руны и ее семьи, поэтому не собиралась высмеивать их поверья и обряды. Тонкие длинные пальцы Руны завязали узелок на шее Лили.

– Спасибо, – улыбнулась Руна.

Подруги взялись за руки и вышли из палатки. Лагерь освещала полная луна. Ветер стих, тишину нарушали смешки и возгласы подростков.