Книга Холодный кофе, или Одиночество Офелии Коулман, страница 153 – Хелена Хейл

— Привет. – Беннет улыбнулся.

Я захлопнула дверь прямо перед его носом и заперла на все замки.

— Офелия, открой дверь, пока я ее не вышиб.

— Заявляешься сюда и говоришь «привет»?! – проорала я. – Скажи спасибо, что я тебе ничего не вышибла!

— Тут люди, Вороненок, открой… – уже тише попросил он.

Вороненок. Боже, почему одно слово способно уничтожить и воскресить одновременно!

— Пусть все знают, как ты…

— Пожалуйста.

Сделав глубокий вдох, я распахнула дверь, отошла на несколько шагов назад и встала в боевую стойку.

— Я не стану драться с тобой, детка, тебе нельзя заниматься боксом еще как минимум два месяца.

— Трус, – процедила я и пошла в атаку.

Он перехватывал мои удары, блокируя ладонями и посмеиваясь, пока я не вскрикнула от резкой боли в спине.

— Черт подери, Коулман, ты не подумала, что может начаться кровотечение?! – прогремел он над ухом и одним движением, будто я весила не больше сахаринки, поднял меня и перенес на постель.

— Зачем ты пришел? – наконец спросила я, когда он сел рядом и провел ладонью по моему колену.

Мне хотелось кусаться, атаковать, орать на него, но я чувствовала себя многолетним деревом, сухим, умирающим от жажды, а его прикосновения стали влагой, постепенно возвращающей меня к жизни.

— Зачем ты пришла на бой? – парировал он.

— Чтобы посмотреть, как тебе выбьют зубы, – съязвила я, а Реймонд закатил глаза. – Ладно. Кто меня сдал? Аштон или Брианна?

— Оба. – Беннет позволил себе улыбнуться.

И от этой улыбки, крохотных ямочек на щеках и разбитых губ… боже, я сходила с ума!

— Ты сделал мне больно, Беннет. Очень больно. Не чертовы пули, не гребаное восстановление, не отвод от занятий, а ты и твое отсутствие. Ты бросил меня. Как считаешь, могу я простить подобное? Ты ведь у нас спец по части вины и прощений.

Я слегка повернулась, чтобы наши бедра соприкоснулись. Рей явно боролся с желанием обнять меня, его руки осторожно блуждали по моим ногам, невесомо прикасались к коже.

— Офелия… ты не видела. Не видела это со стороны. Я думал, что умру на месте, когда услышал выстрелы, когда ты упала и… – слова давались ему тяжело, Рей постоянно проводил ладонью по лицу и прятал глаза. – Из-за меня ты чуть не погибла.

— Но я здесь. И я выжила. И в больнице, каждый день, я ждала, что ты придешь, обнимешь, поддержишь меня. – В моих глазах скопились слезы.

— Я поддерживал! Офелия, я следил за твоим состоянием, покрыл страховку, навел порядок в коммуне, дал Брианне инструкции. Аштон передавал мне…

— Что за чушь, Беннет! Ты держал меня за руку? Ты прижимал меня к себе, когда я просыпалась от кошмаров и невидимых пуль?! К черту твою страховку! Хоть сейчас могу вернуть тебе деньги!

— Только попробуй! Как ты могла хотеть моих объятий, если именно я довел тебя до беды? Впутал в свое грязное прошлое, заставил страдать!

— Удивлю тебя, Беннет, но не весь гребаный мир крутится вокруг тебя! Ты сейчас делаешь то же, что сотворил с матерью после смерти Виктора. С Аштоном, Гордоном. Ты злился и отталкивал их, считая, будто повинен во всех грехах и вообще сплоховал, потому что не сумел изобрести машину времени и переместиться в прошлое, чтобы всех спасти! Но ты был им нужен. Они любили тебя, любят и сейчас. И ты сделал им только больнее своим отвержением! Кого ты наказываешь на са мом деле? Себя или меня?! Потому что ты, черт тебя дери, на хрен разбил мое сердце! Мое! Всю жизнь я думала, что оно из стали, пока не явился ты и… – Вот и все, я расплакалась. Как маленькая девочка.