Книга Холодный кофе, или Одиночество Офелии Коулман, страница 108 – Хелена Хейл

— Не понимаю, Рей, разве ты сам не хочешь провести расследование?

— Помнишь ту ночь, когда я упал под твой капот?

— Забудешь такое…

— Вот тебе и результат «расследования». Это опасно, здесь люди живут по своим правилам. Я делаю все, что в моих силах. Поверь, мое же лание найти этих ублюдков куда больше твоего и куда дольше меня преследует – и во снах, и наяву. У меня есть наводка, я с этим разбираюсь.

— Поделишься? – с энтузиазмом спросила я.

— Помнишь те часы в летней кухне? – спросил он, и я кивнула. – Они с места преступления. Я был уверен, что это часы Виктора, что они упали с него во время выстрела или падения, но на задней стороне выгравированы инициалы «Д. К.».

— То есть часы принадлежат убийце? – предположила я, выстраивая логическую цепочку.

— Именно. Одному из троих или четверых. Я не могу вспомнить ничего, кроме звуков и масок.

— А круг подозреваемых сузился благодаря часам?

— Знаешь, Офелия, все мне твердили, что это дело рук «Воров». – Рей попросил официанта принести десерт. Первое официальное свидание и обсуждение убийства – выигрышная комбинация. – Черт, да я почти каждого из них с детства знаю, а когда повзрослел, стал втайне давать им денег на развитие… Так что просто не мог поверить в их виновность. Далее всплывали предположения о банде «Дилеров», а они ребята не промах, встречают с оружием прямо на входе. В общем, Лия, я копался и продолжаю рыться в этом дерьме, только позволь мне самому в нем разобраться. Не лезь никуда.

— Очень постараюсь, – соврала я. – Все же я бы очень хотела тебе помочь.

— Повтори на диктофон, хочу запомнить этот жест доброй воли от Агрессора Коулман, – Рей хохотнул.

— Беннет… – Я стиснула в руках ложку. Подошел официант, и я взглянула на него так, что он со звоном оставил блюдца с мороженым и удалился.

— Хватит обо мне. Расскажи об отце.

— Сегодня день откровений? – возмутилась я.

— Прекращай.

— Да, я убила его, – призналась я чуть громче, чем следовало. Соседняя парочка чуть отодвинулась на креслах. – Я защищала мать, когда он попытался нанести ей удар ножом. Этот шрам я получила, подставив себя под удар, – я слегка отогнула воротник, обнажая ключицу.

— Так вот к чему был тот разговор в Кингстоне… и ты винишь себя в случившемся. – А с дедукцией у этого парня и правда неплохо. Мое первое впечатление о нем рассыпалось в прах.

— Я ведь убийца и ношу это клеймо уже восемь лет. Благодаря твоей подружке…

— Офелия, мне очень жаль, – перебил он, – я тогда поговорил с Тианой. Не бойся возвращаться в Принстон, все будет хорошо. И ты поступила правильно, защитив себя и мать. Я даже… завидую, ведь тебе удалось спасти ее. А я уже никогда…

— Это тяжелая ноша. Жить с мыслью о том, что ты кого-то убил. Вернее, не кого-то, а собственного отца, хоть он и был той еще свиньей.

— Такая же тяжелая, как жить с мыслью о том, что я мог среагировать иначе. Быстрее.

— И что, мы теперь всю жизнь будем вариться в котле вины? Нам никак из него не выбраться? – я усмехнулась. – Честно говоря, думаю, я начинаю принимать произошедшее. Я просто устала и в какой-то степени благодарна Тиане за то, что она сделала, открыв всем мое прошлое.

— Что ж, я рад. У меня с принятием пока сложно, – Рей улыбнулся. – Вот что, нам пора в Нью-Джерси.

— Вот еще! – воскликнула я.