Книга Сердце лета, страница 91 – Хелена Хейл

Из-за опустившихся сумерек я немного сбилась с пути, пытаясь понять, в какую сторону нужно двигаться, чтобы быстрее добраться до ребят. Я превратилась в сплошной комок нервов. Заслышав приближающиеся шаги Черного, я повернула направо и заметила впереди какое‐то движение – сложно было разобрать замутненным взглядом.

— Аглая?! – Этот голос я бы узнала из тысячи.

— Господи! Гайка! – А это Анька кричала.

Ноги подкосились от счастья – спасение близко, я добралась до друзей. Я упала на колени и истерически зарыдала, прикрывая оголенную грудь и подтягивая разорванный комбинезон. Я не могла встать, не могла выговорить ни слова, просто таращилась на них глазами перепуганного зверя, безмолвно пуская слезы. Аня тоже опустилась на колени и попыталась меня приподнять. Я ощутила боль чуть ли не каждым сантиметром тела и, оказывается, заскулила, как побитая лиса. Олег укутал меня в свою кожаную куртку и поднял на руки.

— Аглая, как ты? – Он покачивал меня из стороны в сторону, прижимая головой к груди, точно ребенка. – Ань, кажется, у нее нога кровоточит. Что случилось?

— Боже! Алик, не смей оставлять ее, я постараюсь найти сигнал! – размахивая телефоном, тараторила Аня.

Послышался звук удаляющихся шагов. Вспомнив о Жене, я дернулась и начала озираться – его и след простыл. Алик поставил меня на землю, взял за плечи и наклонился так, чтобы наши глаза были на одном уровне.

— Ты можешь рассказать мне, что произошло?

Я закусила губу и быстро замотала головой.

— Аглая, мне нужно знать, кто это сделал. И что именно. Я так понимаю, это дело рук Черного?

Зажмурившись, я с размаху уткнулась ему в грудь, скрыв лицо. Алик ласково гладил мои волосы, терпеливо и молча ожидая от меня хотя бы слова.

— Я не могу сказать тебе… не могу рассказать. Мне очень стыдно, – прошептала я.

Красильников посмотрел на меня так, словно пытался понять, не брежу ли я.

— Тебе? Стыдно?

— Да. Он говорил, что… – Я подняла руки.

— Господи, дай сниму этот чертов ремень! – Алик не на шутку взбесился, но ремень снял аккуратно, стараясь не причинить мне боли, после чего крепко прижал к себе. – Все хорошо, Гайка, я здесь. Он не тронет тебя, слышишь?

Теплое дыхание Алика щекотало и понемногу успокаивало меня. Воронцова неслась с поля.

— Едут! Все едут! – запыхавшись, сообщила она. – Аглая, как ты?

— Нормально, – коротко ответила я. – А где Женя? Вы не видели?

— Ань, останься с Аглаей, я поищу этого ублюдка, – решительно сказал Красильников.

— Алик, нет! – громко воскликнула я, потом продолжила шепотом, вцепившись ему в руку: – Пожалуйста, не уходи…

По его взгляду я сразу поняла, насколько он переживает, насколько разъярен и в то же время нежен. Прямо сейчас я отчетливо увидела, что не безразлична Красильникову. Это открытие участило пульс и заставило слегка улыбнуться.

— Я позову ребят, оставайся с ней, – сказала Аня и быстро скрылась в направлении клуба.

У меня не было сил, чтобы останавливать Аню. Я не хотела, чтобы ребята узнали о том, что произошло. Чтобы услышали то, что говорил мне Черный. Я уверена, что была не единственным ребенком, которого время от времени лупили, но откуда у Жени в голове подобные мысли? И неужели обо мне судачили даже мои друзья? Мы с Аликом стояли посреди поля в обнимку, на нас капал редкий дождик. Олег покачивался из стороны в сторону, крепко придерживая меня за талию, а второй рукой поглаживал волосы.