Книга Обречённая. Вирус любви, страница 38 – Любовь Трофимова

— За что? – усмехнулся Денис и, склонив голову набок, уточнил: – Ты на пляж? Идём вместе.

— Не хотела тебе мешать, – пряча глаза, промямлила я, но он протянул руку.

— Ты неподражаема в своей излишней скромности. В чём именно ты не хотела мешать? Хватит всё время извиняться. Я уже завершил пробежку и тоже не против искупаться. Идём…

Пляж оказался совсем рядом, но Денис не отпускал мою руку, даже когда опасный участок тропы остался позади.

Понимала, что кроме нас, здесь никого, но первое, что поразило меня, – это тишина. Ни шума машин, ни голосов людей, только гипнотизирующий шелест волн, накатывающих на берег.

Каменная стена, обрамленная зеленью, постепенно переходила в гряду разномастных валунов, а сам пляж был покрыт мелкой галькой, которая блестела под лучами солнца, словно усыпанная тысячами крошечных зеркал.

Кристально чистое море поражало оттенками бирюзы и лазури и переливалось на свету, как живая акварель.

Вдоль берега росла густая зелень и реликтовые сосны, под которыми можно было укрыться от солнца. Воздух, наполненный ароматом хвои и морской соли, казался таким свежим, что хотелось дышать глубже. Этот потрясающий коктейль пьянил.

Денис отпустил мою руку, и я пошла вдоль берега, чувствуя, как галька мягко поскрипывает под ногами.

Море было спокойным, почти без волн, и, не удержавшись, я скинула босоножки и вошла в воду. Она оказалась прохладной, но купаться я передумала не из-за этого.

Подойдя ближе, Денис бросил свою футболку на гальку, снял шорты, разулся и пошёл в воду.

— Боишься? – заходя всё глубже, поддразнил он и, прищурившись, предложил: – Иди, я подстрахую, если что.

— Я хорошо плаваю, – похвасталась я и, поёжившись, соврала: – Кажется, холодновато. Боюсь простудиться, а отпуск только начался.

— Да, водичка бодрит, – почему-то нахмурившись, кивнул Денис и, набрав полные пригоршни воды, облил свою грудь и плечи. Прерывисто выдохнул от контраста и, прищурившись, добавил: – Ты бы не сидела на солнце. Иди в тень.

— Да, папочка, – проворчала я, но мои слова услышаны не были.

Денис набрал полную грудь воздуха и, подавшись вперёд, нырнул. Проплыл под водой несколько метров и, вынырнув, пригладил волосы и начал фыркать и отплёвываться. Плавал он долго. То заплывал подальше от берега, размашисто загребая руками, то ложился спиной на воду, позволяя волнам отнести его на мелководье.

В тень я не пошла, хотя вскоре солнце начало припекать не на шутку. Шляпка и очки немного защищали глаза, но вода сверкала сотнями кристаллов, вынуждая щуриться.

Побродив по мелководью, я нашла несколько красивых камушков и, устроившись на небольшом валуне, начала разглядывать обработанную водой гальку. Накатывающие волны приятно щекотали ноги, и я уже жалела, что струсила раздеться перед Денисом.

Свежий воздух, шум накатывающих волн, шелест листвы за спиной, – всё это успокаивало и расслабляло. Я чуть не уснула и, чтобы побороть разморённое состояние, облокотилась на нагретый солнцем валун и болтала ногами.

Из неги меня выдернул Денис. Подплыл ближе и, выходя из воды, прицыкнул языком.

— Я же говорил, не сиди на солнце. Вон нос уже красный. Облезет же, – проворчал он и, стряхивая с себя капли воды, деловито напомнил: – Слушай дядю доктора, Вика.

— Да ну тебя, – отмахнулась я и, сморщив нос, фыркнула: – Я не в санатории, чтобы слушаться всяких заезжих и не в меру самоуверенных докто…