Книга Контракт на плен, страница 79 – Любовь Трофимова

— Не было бы тебя, отребье русской шлюхи! — багровея, самозабвенно продолжил он орать.

— Что вы сказали? — шагнув ближе, прошипел я тихо, но этого хватило, чтобы самопровозглашённый дядя вжал голову в плечи, а жирную тушу в диван.

— Сам знаешь, — буркнул он, громко сглотнув и, подняв обе руки вверх, потряс ими в воздухе, поясняя: — Своими руками подложил твоему идиоту отцу эту мерзкую шлюху. Как знал, что избавиться от неё надо было ещё до твоего рождения.

— Шакал плешивый! — взревел я. — Ты сейчас о моей маме говоришь! А пропажа Алионы тоже твоих рук дело?!

— Алиона пропала? — залепетал он и, по его эмоциям и вытянувшемуся лицу я тут же понял, что он ни причём.

— А ты не в курсе, дядя? — выплюнув последнее слово, уточнил я вкрадчиво.

— Да, вот только от тебя узнал, — хватаясь за голову, проблеял он. — Что же это?.. Её жених после этого ведь не поверит, что она девственница. Надо молчать…

— Ты о чём дядя?! — зверея ещё больше, выпалил я. — Алиону я не позволю принудить к браку. Меня достаточно, и скоро я это тоже исправлю.

— Не руби сгоряча, — засуетился дядя. — Делай что хочешь со своей девкой, но с Мариям не разводись пока. Её отец и брат меня по миру пустят, я же всё вложил.

— А кто тебя просил? — скривившись, заметил я. — И чтобы о матери моей больше ни…

— Ты забыл, мой дорогой племянничек, — перебив, зашипел дядя и, подавшись вперёд, затараторил: — Из-за этой шлю… твоей матери твой отец с моей сестрой развёлся.

— И выделил ей содержание размером с наше наследство, — хмыкнув, напомнил я.

— А её сыновья? — скривился он. — Они моя кровь, а ты никто.

— Не помню, чтобы братья были в обиде.

— Да что ты понимаешь?! — снова вспылил Дамир.

— В общем так, — подняв руку, перебил я его. — Твои прошлые мерзости по отношению к Юле я исправлю, но если ты ещё хоть раз…

— Ишь как заговорил! — взревел дядя. — Жаль, что её мои люди тогда не выкрали! Я бы вдоволь с ней наигрался и выкинул в пустыню шакалов кормить.

— Вот ты и подтвердил, — еле сдерживаясь, нарочно медленно и тихо проговорил я и, наслаждаясь его побледневшей рожей, сообщил: — Я выкупил почти все акции твоей компании.

— Лжёшь, — багровея, зашипел он. — Доход на том же уровне.

— Потому что я спас твою компанию, — в голос хохотнул я. — Вот ты и получаешь аналогичный процент с малого пакета акций.

— Я тебя уничтожу! — скрипя зубами, выпалил дядя.

— Но сначала я распродам твою компанию за бесценок или перепишу пакет акций на сестру и Юлю, — разведя руками, предупредил я.

— Алишер, сынок, — заламывая руки, проблеял он. — Мы же не чужие люди…

— Чужие, — скривившись, отрезал я. — Теперь уже точно чужие.

Не дожидаясь его ответа, вышел из кабинета, шандарахнув напоследок дверью, и направился на выход. Рисковать Дамир не будет, если, конечно, не настолько глуп, но охрану я решил всё же усилить, причём уже сегодня.

Сразу поспешил домой, сгорая от желания обнять Юлю, прижать к себе, всё объяснить, пообещать, что никогда не обижу, доказать, что те записки — просто способ настроить её против меня. Я буду терпелив, нужно только время, и она забудет всё плохое и примет меня.

Пока ехал до виллы, переварил и разобрал на детали наш с дядей разговор, наметив для себя важные изменения, приступить к которым планировал уже в ближайшие дни.