Книга Контракт на плен, страница 120 – Любовь Трофимова

— Ты же будешь ему как мать, — ужаснулась я и с надеждой напомнила: — Ты привяжешься к нему.

— Ну вот ещё, — округлив глаза, выпалила она. — Приставлю к нему нянек и охрану, этого вполне достаточно. К тому же не думаю, что этот ребёнок доживёт до совершеннолетия. Особенно, если это мальчик.

— Почему? — похолодела я.

— Дядя Алишера этого точно не допустит, — нахмурившись, сообщила она и, кивнув на коробочки с тестами в моих руках, раздражённо напомнила: — Хватит болтать.

Выпалив это, Мариям демонстративно отвернулась лицом к двери, а я направилась к унитазу. Сделала всё, как пояснялось в инструкции и, отложив оба теста на столешницу умывальника, поправила одежду.

Мариям повернувшись ко мне, убедилась, что я одета и, подбежав ближе, схватила оба теста. Нетерпеливо потрясла их в руке и, глянув на окошечко для отражения результата, расплылась в довольной улыбке.

— Не обманула, значит, — промурлыкала она и, отбросив тесты, с нескрываемым сарказмом, сообщила: — Поздравь, у меня будет ребёнок Алишера. Устраивайся и чувствуй себя как дома. Ближайшие месяцы, по крайней мере.

Не дождавшись моей реакции, девушка развернулась и направилась к двери. Я слышала, как хлопнула дверь и щёлкнул замок, но всё ещё не могла пошевелиться, пытаясь осознать случившееся. Дрожащей рукой взяла оба теста и, медленно выдохнув, посмотрела на результат. В небольшом продолговатом окошке была надпись «Беременность пять недель». То же самое показывал и второй тест, но я, открыв рот, снова и снова вглядывалась в слова, пытаясь сделать хотя бы один глоток воздуха.

Мифическая беременность превратилась в настоящую. Накрыв живот ладонями, я осела на пол и тихо заплакала.

— Прости малыш, это всё моя вина, — подвывая, покаялась я своему ребёнку, но утерев слёзы, добавила уже решительно: — Но я обязательно что-нибудь придумаю. Я не сдамся, вот увидишь.

Буквально заставив себя успокоиться, встала с пола и, умывшись, вернулась в комнату. Легла на кровать и, закрыв глаза, попыталась восстановить дыхание и побороть подступившее отчаяние. Одно понимала чётко — по крайней мере, у меня в запасе несколько месяцев. А пока нужно затаиться и избегать всего, что может навредить моему малышу. Нашему с Алишером малышу…

Вспомнив разговор о том, что мужа планируют устранить, снова всхлипнула, но тут же себя одёрнула. Алишер не так прост, тем более он знает о возможной угрозе и обязательно избежит опасности. Пытаясь успокоить себя таким образом, я не заметила, как уснула.

Проснулась от звука открывающейся двери и, резко сев на кровати, с опаской покосилась на показавшуюся в проёме девушку. Занеся поднос с едой, она поставила его на стол и, даже не глянув на меня, быстро вышла. Я заметила, как охранник, пропустив её, закрыл дверь и щёлкнул замком. Скорее всего, ей запретили даже разговаривать со мной, а это означало, что с прислугой договориться не получится.

Для помощи мне требовался человек извне, никаким образом не связанный с Мариям и её обслуживающим персоналом. На самом деле у меня была одна идея, но требовалось время, чтобы всё продумать и не допустить ошибку. Иначе второй шанс уже не представится.

Есть абсолютно не хотелось, к тому же всё ещё мутило, но, помня о ребёнке, я заставила себя съесть всё, что мне принесли. Во-первых, я теперь была ответственна за здоровье малыша, которого носила под сердцем, а во-вторых, мне нужно было сохранять силы для возможной борьбы за свою свободу.