Книга Куколка, страница 38 – Ирина Воробей

— У тебя наличка? – спросил Вадим, поднимаясь и отряхивая пыль со штанов.

— Нет, у меня деньги только на карте.

— Окей, тогда плати ты. Я тебе отдам налом.

Заплатить нужно было чуть больше тысячи. Татьяна проверила баланс счета стипендиальной карты и поняла, что ей не хватит. Опять она попала в неловкую ситуацию. И пожалела, что не позволила ему заплатить полностью. Но делать было нечего, надо было ему признаться, что денег на оплату всего заказа у нее не хватит.

— У меня на стипендиальной карте нет столько, сколько необходимо. Я же в субботу пропила свою стипендию, – смущенно проговорила Татьяна. – А отцовской я не могу расплатиться, он что-нибудь заподозрит.

Вадим рассмеялся.

— Ладно, отдашь потом, когда получишь стипендию, – легко сказал он и вышел к двери, за которой уже стоял доставщик пиццы. – Заглянешь в бар. Тебе, видимо, по пути.

Парень с коварно-игривой искринкой в глазах посмеялся ей в лицо. Татьяна еще больше смутилась и немного взбесилась, пожалев, что вообще решила прийти к нему в бар и вернуть деньги за такси. Теперь она твердо решила, что за пиццу ничего ему отдавать не будет. При этом подсознательно она была уверена, что он и не потребует.

Выйдя в прихожую, он принял заказ, расплатился и пожелал курьеру хорошего дня. Татьяна все это время куксилась, сидя на диванной подушке и бессмысленно пялясь в красочную картинку, вырисовывающуюся из мозаики. Вадим поставил перед ней две теплые плоские коробки, уже с развязанными веревочками. После вскрытия обеих комната наполнилась вкусным запахом приправ, сыра и выпечки. Татьяна тут же изменилась в лице: недовольство сменилось на детский восторг. Пиццы были идеально круглыми, еще дымящимися от жара, порезанными каждая на восемь равных кусочков. У Татьяны тут же свело желудок и проснулся животный аппетит. Вадим галантно преподнес ей стакан с апельсиновым соком и тарелку, чтобы она могла положить туда кусочки пиццы. В ящике стола волшебным образом оказались салфетки. Видимо, он частенько ел в мастерской в процессе работы.

Работу с мозаикой они пока приостановили.

— Хочешь, испорчу аппетит? – спросил вдруг Вадим и откусил добрую половину куска сырной пиццы.

Расплавленный сыр при этом вытянулся в длинную кривую веревку, соединяющую его рот и оставшуюся часть куска.

— Мой аппетит ничто не может испортить, – самоуверенно ответила Татьяна и тоже надкусила пиццу, правда, смогла отделить только пятую часть.

— Спорим? – усмехнулся Вадим.

Татьяна вызывающе на него посмотрела.

— Мой друг как-то съел пиццу с чужой блевотиной.

— Что? – ужаснулась девушка, сморщившись, но все равно продолжила жевать откушенный кусок.

Аппетит ее все еще был в порядке.

— На спор?

Вадим повертел головой, потому что в этот момент совал в рот вторую половину куска и технически не мог ответить словами.

— А зачем тогда? – нахмурилась Татьяна и сделала еще один надкус.

— Короче, слушай, – начал парень, вытирая руки бумажной салфеткой. – Собрал он в честь своего 18-летия на даче человек двадцать. Заказал кучу пицц. Все, естественно, набухались в доску.

Он сделал глоток сока и взял следующий кусок пиццы, уже «Баварской». Татьяна жевала и слушала.

— Его, разумеется, набухали больше всех, – продолжил парень, не прикрывая жующий рот. Татьяна из вежливости опустила глаза вниз, хотя парня ничего не смущало. – Короче, он отключился. Валялся где-то под диваном. А мы с ребятами решили конкурс устроить, кто больше пицц съест, потому что их реально до хрена было. Выбрали трех счастливчиков. Одна из них девушка. Ну, короче, где-то на третьей девушка не выдержала и блеванула прямо в пиццу, которую ела.