Книга После измены. Простить или полюбить?, страница 15 – Лена Ручей

— Олесь, ты посиди у меня в комнате пока. Ладно? – попросила я подругу. – Сейчас я с мамой переговорю и позову тебя.

— Не парься, – с готовностью поднялась та. – У меня есть чем заняться. Там по работе до хрена переписки не прочитанной.

— А что, Светочки нет дома? – мама, обменявшись с Олесей в прихожей приветствиями, вошла в кухню и уселась на своё любимое место возле холодильника.

— Спит принцесса, – поджала губы я.

— Верочка, что у вас вчера произошло? Валерий Романович приехал домой никакой. Таким расстроенным я его давно не видела. С трудом добилась, что был у вас… Вера, ты хоть понимаешь, что творишь? У него же тахикардия страшенная. Ему вообще нельзя волноваться! Вдруг его не станет?! Ты, хоть, понимаешь, что век себе потом этого не простишь?!

— Мама, как его не станет, мы не увидим, – огрызнулась я, включая чайник. – А вот тебе с твоим давлением, расстраиваться нельзя.

— А как мне не переживать, Вера?! Вы же со Светочкой мне обе дороги…

“Угу. Только у Светы и ты, и отец, и бабушка, а у меня, если посмотреть на отношения без прикрас – никого!” – вздохнула я, а вслух сказала:

— Мама, эту квартиру бабушка мне оставила. Мне! Понимаешь?!

— А Света? – мама хлопала короткими, подкрашенными тушью ресницами. Разве она не сестра тебе? И бабушка… Она просто недолюбливала никогда Валерия Романтвича. И Свету, с ним заодно. Вечно ворчала, что та вся в его мать. Но мы-то можем без предубеждений относиться друг к другу…

“Без предубеждений. Угу”.

От несправедливости у меня начало дёргаться веко. Видимо, всё же стресс не прошёл бесследно.

Я вздохнула. Напряжение нарастало.

— Мам, ну Света привела Матвея сюда. Не спросив. Замок поменяли… Вечеринки тут устраивает… Разве это нормально?! Всё же я хозяйка в этой квартире… Не я, а она должна искать компромисс. А она Валерию Романовичу на меня всякого наговорила.

— Вера, ты должна поддерживать сестру! Она же молодая ещё. Безголовая. А ты… Ты что, не можешь потерпеть ради семьи? Валерий Романович навёл справки на её Матвея. Нормальный молодой человек. Родители небогаты, зато интеллигентные люди. И Светочка же влюблена в него. Разве можно лезть сейчас в их отношения? Потом что-то не сложится, она же нас и будет винить, что не поддержали.

— А я, что до этого делала? Я три года её поддерживала. А в ответ – ни грамма совести. Хамство и неуважение, – скрестила на груди руки я, непроизвольно отстраняясь.

— Верочка, я не узнаю́ тебя, дочь! – тонкие брови мамы устремились вверх. – Света же не стала вдруг другой. Так что тебя именно сейчас задело? Зачем ты развела этот скандал?! – голос мамы дрожал от обиды.

— Мама, какой скандал? Я лишь высказала свои требования. Я имею право возвращаться в свою квартиру, когда захочу, и открывать дверь своим ключом! И не заставать в своей комнате чёрт знает что! – рассказывать маме в подробностях то, что я здесь увидела, посчитала краем.

— Верочка, доча, я понимаю тебя. И за тебя же переживаю, – вздохнула она. – Ты же знаешь, Валерий Романович, если что сказал – его не свернёшь. Ты хоть понимаешь, что из-за своего упрямства ты теперь запросто можешь вообще без квартиры остаться? Помирись ты с ним. Живите здесь пока втроём. Да и, ты же знаешь, – мама перешла на шёпот, – Света упрямая. Но если поймёт, что ей разрешили жить здесь с Матвеем, она, скорее всего, его потом сама прогонит.