Книга Сделка с врагом. Ответ на измену, страница 81 – Рина Беж

— Арина Алексеевна, простите, миленькая. Мы не могли ему отказать. Понимаем же, что без его итоговой подписи Катерине деньги бы не выделили, да и в будущей реабилитации многое от него зависит:

О, дальше можно не продолжать. О ком идет речь, становится кристально ясно, как и то, почему Зотов сегодня мне не звонил.

Он планировал встречу. Личную

По всему выходит, что та состоится.

— И где сейчас меня ждет Роман Сергеевич?

Злиться на Скворцову не вижу смысла. Не она, так кто-то другой все равно бы подобное провернул. Раз муж на это нацелился, то своего добьется. Зотов упорный.

— На первом этаже. В кафетерии.

Альбина заламывает руки, бледнеет, краснеет и прячет глаза, а потом, еще раз извинившись, выходит за дверь. Когда я следом за ней покидаю палату спящей Катюшки, первое, что отмечаю, Сергея в коридоре нет.

Его вообще нигде нет. И телефон его не отвечает.

Зато Зотов в кафе сидит. У столика возле окна. Заметив меня, уже не отводит немигающий взгляд. Смотрит жадно, будто вокруг никого больше нет. И в то же время с каким-то щемящим надрывом в серых радужках, словно по душе трещина прошлась.

А ведь она прошлась. Мы оба это знаем.

Разворотила трещина и его душу, и его жизнь.

Это по мне Измайловы катком проехались. А Ромку еще и за руль того катка посадили, без спроса сделали соучастником.

— Моя охрана где? — интересуюсь, приблизившись и сев за столик.

Голос звучит ровно, никакой паники или беспокойства я не ощущаю.

— С ними всё в порядке, не переживай. Просто я хотел, чтобы они не мешали.

Ну да, правильно. Захотел — приставил, захотел — убрал. Везёт мне на мужчин привыкших легко играть другими людьми.

Зотов

Арбатов

Измайлов где-то рядом.

— Что ты хотел, Рома? Я слушаю, говори, — откидываюсь на спинку стула и прошу у подошедшей официантки стакан воды. Точно такой же стоит и у мужа. Больше ничего.

Странное дело, но после диалогов с Сатаной, где каждая фраза — опасное скольжение по грани, с Зотовым мне легко. Нет давящей ауры, нет эмоциональных качелей.

Правда удивляет он так, что земля из-под ног уходит.

— Ариш, нам нужно развестись. Срочно. Желательно прямо сегодня.

Хорошо, что не успеваю поднести стакан к губам. Риск опрокинуть или подавиться —сто процентов.

— Что? — выходит придушенный сип. Иначе описать собственный пропавший вдруг толос не выходит — Это шутка?

— Нет, Ариш, — Зотов смотрит прямо и так, как смотрят люди, всё для себя решившие.

Становится страшно.

Жутко страшно, особенно когда Рома вдруг продолжает.

— Я даже рад, родная, что ты попала под защиту Арбатова. Он — нормальный мужик. Тебя в обиду не даст. Это главное.

— Ты что такое говоришь?

Но Зотов будто не слышит.

— Сейчас поедем в ЗАГС. Оформим документы на развод задним числом. С мировыми судьями твой адвокат потом сам все порешает, не волнуйся. После этого к нотариусу. Подпишем договор дарения.

Не волнуйся?

Не волнуйся? И…

Да меня от каждой новой фразы всё больше потряхивает.

— Какой договор дарения? Ты о чём?

— Я отпишу тебе всё имущество. Этакая страховка, чтобы ты была обеспечена, а моему наследнику, точнее его родственничкам, — Рома выплевывает последнее слово, будто оно жжет ему рот, — ничего не досталось, даже если со мной что-то случится.

— Зотов, ты о чем? — не прекращаю попытку достучаться до всё ещё мужа.